Вслед за целой вереницей многоточий слова начали вылепляться с пугающей, трусливой дрожью:

«В последнее время… тут целая прорва народу наводила о вас справки. Они прознали о вашей репутации в этой новой личине…»

«Выходит, слушок о том, что Дуэйн Дантес — прожженный ловелас, не пропускающий ни одной юбки, уже успел разлететься по всему свету, дойдя даже до ушей мисс Справедливости? Хвала небесам, я загодя подстелил соломку, заявив, что это лишь общая личина для нескольких благословенных. На фоне такой толпы любые, даже самые дикие и разнообразные пороки легко спишутся на разных людей… Хе-хе, ну и ну, от страха эта стекляшка даже побледнела…» — Клейн, на которого снизошло кристально ясное озарение, беззвучно хмыкнул и ровным тоном произнес:

— Твой черед задавать вопросы.

Мертвенно-бледные слова на ростовом зеркале покорно стеклись в новую фразу:

'Вы… вы простили меня?

О нет, я имел в виду: дозволите ли вы мне искупить свою вину безупречной службой в будущем?'

«До чего же угодливая тварь…» — мысленно поцокав языком, Клейн сохранил на лице суровую маску и холодно бросил:

— Посмотрим на твои старания.

«Слушаюсь и повинуюсь, о великий владыка!» Бледная вязь на стекле вмиг полыхнула ослепительным серебристым сиянием. «Вы призвали меня, дабы устроить мне проверку неким вопросом?»

Юноша скупо кивнул:

— Истинно так.

— Где именно будет обитать Леонард Митчелл в ближайшие несколько дней?

Серебристые росчерки заплясали с пулеметной скоростью, выковав новый ответ:

«Улица Пинстер, дом 7».

Прямо под надписью по амальгаме пошла водянистая рябь, вылепливая кристально четкую картину:

Обычный таунхаус под номером семь. На пороге топтался тот самый зеленоглазый брюнет, суетливо выуживая из кармана ключи.

«Всё те же старые пенаты, никуда не съехал… Вздумай я заявиться к нему лично, это мигом разрушит весь тот безупречный, окутанный тайнами ореол Дуэйна Дантеса в его глазах. Слишком уж дешево получится… Заслать Эмлина Уайта? Как-никак, поэт стопроцентно уже раскопал, что этот вампир водит тесную дружбу с Шерлоком Мориарти, то бишь со мной… Главная заноза кроется в другом: мотивы того древнего старца в его теле — сплошная загадка… Не раскусив Его подлинных замыслов, преподносить Ему столь щедрый дар в Его нынешнем состоянии — затея до одури опасная. Это может навлечь на Леонарда поистине фатальную угрозу… А раз уж моя шкура здесь напрямую не задействована, гадание над серой мглой почти наверняка упрется в глухую стену…» — Клейн, чья мысль лихорадочно металась, нащупал новый, куда более изящный план:

Чем в лоб сливать старцу координаты того полубога Пути «Мародера», куда благоразумнее будет прикрыться именами Паллеса Сороастра или самого Амона! Кинуть мишени леденящее душу предупреждение, заставив ублюдка в животном страхе убраться из этого квартала. Такой маневр сулит минимум рисков и пройдет куда более гладко!

«Само собой, главное во всей этой многоходовочке — не засветить собственную персону…» — Клейн погрузился в раздумья на пару секунд, после чего выстрелил новым вопросом:

— Где именно скрывается полубог, что вьется вокруг Хейзел Махт?

Гладь зеркала вновь пошла волнами, ослепительно полыхнув, и декорации сменились:

На плотном, расшитом вычурными узорами ковре стоял изящный гарнитур из кожаных кресел. Поверх одного из них лежала мягкая, белоснежная меховая подстилка. А прямо в центре этой подушки безмятежно дрыхла серая крыса. Единственное, что отличало её от заурядных сородичей — глаза, отливающие пугающим, темно-багровым цветом.

«Крыса… Этот полубог Пути „Мародера“ взял да и угнездился в грызуне? Да еще и имеет наглость вальяжно дрыхнуть прямо в покоях Хейзел, на такой дорогущей подстилке… Неужто это я спутал ему все карты, вынудив перебиваться в столь жалком обличье?» Клейн на долю секунды опешил от изумления, а затем едва не подавился искренним смехом.

Видение намертво застыло, и поверх него проступила строчка из серебристых букв:

«Великий владыка, будут ли еще какие-либо приказания?»

«А ты, погляжу, чертовски догадлив…» — Клейн благосклонно угукнул и скомандовал:

— Пусти в ход зеркало в её комнате и передай этому полубогу леденящее предупреждение.

— Шепни ему, что в этих кварталах нынче рыщет отнюдь не дружелюбный ангел Пути «Мародера». И что сам «Богохульник» Амон может нагрянуть сюда в любую секунду.

«Слушаюсь, владыка! Исполню сию же минуту!» — слова на амальгаме вспыхнули с ослепительной готовностью.

…………

В спальне Хейзел серая крыса внезапно ощутила мощный укол духовной интуиции. Грызун резко вскочил на задние лапки, намертво вперив взор в массивное ростовое зеркало.

На глади стекла, словно выведенные еще не свернувшейся, густой кровью, проступили жуткие слова:

«Убирайся из этого квартала!»

Взгляд серой крысы остекленел на секунду. Выдержав короткую паузу, зверек пропищал:

— С какой стати?