Очередная ослепительная вспышка молнии с треском разорвала небеса, выхватив из мрака очертания домов. Затаившись в густой тени своей комнаты, Деррик безмолвным, отрешенным взглядом созерцал эту картину. Он так и не сдвинулся с места, однако его пальцы сами собой, на чистых инстинктах, намертво сжались в кулаки.

Лишь когда людское море мало-помалу рассосалось, паренек наконец-то отвел глаза, а его лицо исказила мучительная, горькая гримаса.

Проведя кончиками пальцев по холодному металлу «Рева Бога Грома», Деррик почувствовал, как в его взгляде вновь разгорается стальная решимость. Юноша твердо вознамерился последовать мудрому совету господина «Повешенного»: обрасти верными соратниками, дабы те исподволь прикрывали ему спину.

Впрочем, эта затея тут же уперлась в глухую стену. Паренек с досадой осознал, что напрочь лишен таланта заводить знакомства первым, не умеет разбрасываться дежурными улыбками и совершенно не представляет, как нащупать нужную нить для непринужденной беседы.

Подобная светская изворотливость шла вразрез с самой его природой.

Взвесив все за и против, Деррик нашел изящный выход: отправиться на полигон и навести мосты со старыми боевыми товарищами через старый добрый спарринг. Как-никак, тренировочные арены всегда были главным средоточием жизни в Городе Серебра, и там то и дело мелькали до боли знакомые лица.

…………

Очередной глухой ночью Клейн, как и заказывал, благополучно вынырнул в мире грез, воочию узрев ту самую бескрайнюю, выжженную пустошь и монументальную, окутанную первобытными тайнами черную башню.

Преодолев привычную вереницу незримых преград, сыщик ступил в ту самую зону, щедро усеянную картами Таро. Черная детская коляска уже безмятежно дожидалась его на условленном месте.

Укутанный в серебристый шелк Уилл Осептин тут же подал свой звонкий, кристально чистый голосок:

— И что же за куш они предлагают?

«А ты, погляжу, сегодня лучишься энтузиазмом… Куда только подевалась вся эта хваленая надменность первой Последовательности? Впрочем, младенец есть младенец, в образ вжился безупречно…» — мысленно, с теплой иронией усмехнувшись, Клейн заговорил:

— Два варианта. На выбор.

— Во-первых, разок взглянуть на карту «Колеса Фортуны». Во-вторых, метод, позволяющий на краткий миг вернуть себе толику былого могущества в период жесточайшей слабости.

Уилл Осептин погрузился в секундное молчание, после чего выдал тихий смешок:

— Стало быть, на том конце провода Бернадетт.

— Интуиция меня не подвела. Сегодня улов будет воистину богатым.

Не дав собеседнику опомниться, Змей ударил встречным вопросом:

— И как ты считаешь, на что я положу глаз?

Первой, инстинктивной мыслью Клейна было: «О, так у меня появился шанс вытрясти из Него ответ!» Однако юноша тут же самоиронично покачал головой:

— На второй.

Уилл Осептин цокнул языком и фыркнул:

— Неужто я так похож на мифическое создание, у которого в рукаве не припасено подобных козырей?

— Я прошел через столько циклов перерождения, что сбился со счета. Уж поверь, подстелить соломку загодя для меня — дело обыденное!

«А ведь звучит железобетонно…» — согласно кивнув, Клейн уточнил:

— Выходит, жаждете узреть карту «Колеса Фортуны»? Или же мне потребовать с них иной куш?

Уилл Осептин с громким чмоканьем пососал палец и отрезал:

— Я выбираю второй вариант.

«…» Лицо Клейна мгновенно окаменело, намертво застыв в нелепом ступоре.

В этот миг Уилл Осептин звонко расхохотался:

— Лишний туз в рукаве еще никому не вредил. Разве я не прав?

«Прав, тысячекратно прав…» — с бессильной, вымученной усмешкой отозвался Клейн:

— Добро. И когда же ударим по рукам?

Уилл Осептин энергично взмахнул пухлой короткой ручкой и безапелляционно заявил:

— Разумеется, когда я наконец-то появлюсь на свет и обзаведусь пуповинной кровью!

— Случится сие знаменательное событие где-то в начале июля. Хотя, быть может, и раньше срока.

Бросив эти слова, младенец вновь погрузился в безмятежное спокойствие и с легким, лукавым смешком добавил:

— Впрочем, если дамы возжелают преподнести мне этот метод загодя, я совершенно не стану возражать.

— Дамы? — на одних инстинктах переспросил Клейн. Юноша решительно не брал в толк, откуда «Ртутному Змею» ведомо, что заказчиц несколько, а не одна лишь «Королева Мистики» Бернадетт.

Уилл Осептин с упоением принялся сосать палец, из-за чего его голос зазвучал донельзя невнятно:

— Бернадетт уже давным-давно переросла тот рубеж, когда ей до зарезу требовалась кровь мифического существа. Стало быть, этот гостинец она хлопочет выбить для кого-то из своих подчиненных.

«Так вот оно что… Выходит, кровь позарез нужна леди „Отшельник“?» — погрузившись в раздумья, Клейн с любопытством уточнил:

— И каков же прок от одной-единственной капли крови мифического существа? Стержневой ингредиент для какого-нибудь эликсира?

Парень невольно вспомнил, что капля божественной крови «Вечного Пылающего Солнца» идеально подходила на роль главного материала для зелья «Неомраченного».