Пирату было до смерти неуютно куковать с Германом Воробьем один на один в тесной каюте. Он всё время ждал, что этот монстр в человечьей шкуре ни с того ни с сего слетит с катушек и устроит кровавую баню.

«А вот на людях он наверняка поумерит свой пыл… О Повелитель Бурь, умоляю, пусть это чертово плавание поскорее подойдет к концу!» — отчаянно, но без особой веры в душе молился Даниц.

Будучи до мозга костей морским волком, он тоже возносил молитвы Повелителю Бурь, вот только к самой Церкви не питал ни малейшего пиетета.

Услышав идею «Пылающего», Клейн, и без того нацелившийся на дегустацию, мгновенно загорелся.

Однако те самые байки и зловещие традиции порта Банси, что только что поведал пират, оставили после себя неприятный, тягучий осадок. Недолго думая, юноша выудил золотую монету и прямо на глазах у Даница раскинул экспресс-гадание.

Вердикт был кристально ясен: лично для него порт Банси не таил в себе никакой скрытой угрозы.

«Хм…» — Клейн уставился на лежащий в ладони соверен, не моргая добрых несколько секунд. На душе по-прежнему скребли кошки, и слепой уверенности так и не прибавилось.

Даниц, наблюдая за этим ритуалом, вдруг с леденящей ясностью осознал: этот монстр, ко всему прочему, еще и виртуозный прорицатель.

«Да уж… Задумай я дать деру, он выследит меня в два счета…» — «Пылающий» разом сник, и его сердце затопила тягучая, горькая печаль.

Едва пират успел худо-бедно взять себя в руки, как Клейн резко поднялся с кресла и уверенным шагом направился к двери уборной.

Уже взявшись за ручку, сыщик обернулся и с ледяным, ничего не выражающим лицом бросил:

— Дарю тебе шанс. Можешь попытаться сбежать прямо сейчас.

С этими словами Клейн захлопнул за собой створку, которая с глухим стуком отрезала его от гостиной.

Даниц судорожно сжал и разжал кулаки. Сделав пару неуверенных шагов к выходу из каюты, он всё же замер как вкопанный.

Самым пугающим всегда остается неизвестность. Так и не разгадав до конца, какими еще паранормальными фокусами владеет этот Герман Воробей, пират благоразумно не рискнул обострять конфликт и лезть на рожон.

«В конце концов, он ведет себя вполне сносно, увечий не наносит… Глядишь, как бросим якорь в Байаме, так он меня и отпустит на все четыре стороны…» — жалкая надежда на чудо окончательно пустила корни в душе Даница.

В уборной.

Клейн проворно извлек бумажного человечка, сноровисто обустроил искусную подмену, после чего отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в чертоги над серой мглой.

Устроившись на почетном месте во главе длинного бронзового стола, он стянул с левого запястья маятник и вывел на пергаменте нужную для гадания фразу:

«В порту Банси кроется скрытая опасность».

Свесив цепочку и приняв правильную позу, Клейн беззвучно прокрутил заклинание в уме несколько раз. Распахнув глаза, он обомлел: цитриновый кристалл бешено вращался по часовой стрелке, причем круги были невероятно широкими, а скорость просто пугающей!

А это означало лишь одно: лично для Клейна порт Банси таил в себе поистине колоссальную, смертоносную угрозу!

«Какого дьявола? Лоэн подмял под себя эти земли еще триста лет назад. Этот порт торчит на главном торговом перекрестке добрую сотню лет, и за всё это время оттуда не долетало ни единого слушка о какой-либо чертовщине… Неужто сразу несколько матерых пиратских армад решили объединиться и пустить этот остров на дно? Да нет, бред, береговые батареи здесь явно не для красоты стоят…» — сурово сдвинув брови, Клейн поспешил раскинуть карты еще раз, проверяя, не сулят ли ему ближайшие дни столкновений с корсарами. Вердикт был отрицательным.

«Хм…» — выдержав несколько секунд тяжелого молчания, юноша плотно окутался духовностью и камнем рухнул обратно сквозь серую мглу.

Вернувшись в материальный мир, Клейн нажал на механическую кнопку сливного бачка, убрал бумажного двойника, шагнул к раковине и пустил воду, слегка ополоснув ладони.

За эти краткие мгновения он успел кристально ясно разложить всё по полочкам и принял железобетонное решение: не лезть на рожон, избегать любых неприятностей и поставить безопасность во главу угла.

Насухо вытерев руки бумажным полотенцем, сыщик распахнул дверь. Его взору предстал Даниц, всё так же сиротливо торчащий посреди каюты.

«Корсар, чья осторожность граничит с откровенной трусостью… Впрочем, если подумать, вся эта братия под крылом „вице-адмирала Айсберг“ — скорее просто вольные авантюристы, подрабатывающие пиратством на полставки…» — Клейн смерил его равнодушным взглядом и будничным тоном обронил:

— Идем в ресторан первого класса.

— … Как скажешь, — Даниц ума не прикладывал, какая муха укусила этого Германа Воробья и с чего тот вдруг резко сменил гнев на милость, однако благоразумно прикусил язык и не стал спорить.

…………

Неспешно спускаясь по скрипучему трапу на берег, Клевис внезапно обернулся к Донне и ее спутникам:

— Ступайте в «Лайм» без меня.