Фрэнк Ли на долю секунды опешил, а затем с глубочайшим унынием вздохнул:

— Он ни за что не согласится. Скорее уж просто закопает меня живьем.

Едва эти слова слетели с его губ, как «Вестник Смерти», уже успевший изрядно отстать от «Будущего», внезапно развернул паруса.

Пронзительный, насквозь пропитанный первобытной злобой хохот, преодолев сотни метров пустоты, обрушился на «Будущее», наглухо накрыв галеон своим эхом.

— Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха!

Смех бесконечно раскатывался над палубой — то срываясь на хрип, то сплетаясь в какофонию, то переходя в безумный бред, то взмывая к извращенному пению. Матросы один за другим валились на доски, отчаянно, до побеления костяшек зажимая уши, но всё равно корчились и бились в невыносимых судорогах.

У некоторых Потусторонних плоть начала стремительно покрываться омерзительной рыбьей чешуей.

Клейн тоже в полной мере вкусил этот удар. Его черепную коробку в один миг затопил бурлящий хаос мыслей: светлых и порочных, возвышенных и пугающе темных.

Вся эта дикая, неконтролируемая каша сплеталась с модулирующим смехом, отчего череп, казалось, вот-вот взорвется изнутри от чудовищного давления.

Лицо юноши слегка перекосило, а под кожей уже начали хищно шевелиться крошечные, едва заметные бугорки плоти, готовые прорваться наружу.

Не доводись ему ранее сталкиваться с инфернальным шепотом «Истинного Творца» и отчаянными воплями мистера «Дверь», не пройди он через пытки серой мглы, выковав в себе железобетонный иммунитет, Клейн бы уже давно рухнул на колени. Точь-в-точь как стоящий рядом «Эксперт по токсинам» Фрэнк Ли: тот, намертво вцепившись в голову, скрючился на палубе, и его лицо исказила жуткая гримаса в тщетных попытках побороть агонию от этого демонического смеха.

Краем глаза сыщик подметил: физиономия Фрэнка стремительно обрастает жесткой бурой шерстью, а сам он неумолимо мутирует, превращаясь в некое подобие исполинского медведя.

В эту самую критическую секунду хитроумная вязь мистических символов и магических печатей, щедро покрывающих переборки, палубу и мачты «Будущего», разом вспыхнула. Словно в безлунную ночь на галеон опустилась целая россыпь ослепительных, мерцающих звезд, соткав из себя безбрежный сияющий океан.

Леденящий хохот — то пронзительный, то срывающийся на хрип — ничуть не утих, однако внезапно словно отдалился от корсаров. Теперь он доносился откуда-то из неизмеримой дали, сделавшись глухим и призрачным.

Давящее чувство в черепе Клейна заметно ослабло, и юноша наконец-то нашел в себе силы поднять голову.

В распахнутом окне капитанской каюты виднелось лицо «Адмирала Звезд», сплошь покрытое глубокими, темными бороздами. Эти жуткие следы выглядели так, словно готовы были вот-вот разойтись трещинами и исторгнуть из себя какую-нибудь омерзительную нечисть.

В этот самый миг Катлея намертво вцепилась обеими руками в подоконник. Вокруг ее фигуры клубился ореол из мерцающих искр, который, казалось, безупречно резонировал с тем самым сияющим звездным океаном, раскинувшимся по всему «Будущему».

У-у-ух!

Буквально из ниоткуда налетел яростный шквал. Паруса развернулись сами собой, и лишенный управления экипажем галеон не только не сбавил ход, но и пугающе рванул вперед, стремительно отдаляясь от «Вестника Смерти».

Клейн бросил мимолетный взгляд на ту самую каюту, откуда днем за палубой неотрывно следила загадочная пара глаз. Окна там лишь жалобно дребезжали под порывами ураганного ветра — больше ничего подозрительного не наблюдалось.

У-у-ух!

Прямо посреди ревущего шторма звездный свет внезапно хлынул с небес, сплетаясь в иллюзорную «льдину». Эта сияющая платформа подхватила «Будущее», заставив исполинский галеон буквально лететь над бушующими волнами с немыслимой скоростью.

Наконец зловещий силуэт «Вестника Смерти» окончательно растворился далеко за кормой. Леденящий кровь хохот, способный в два счета свести с ума или сорвать в потерю контроля, становился всё более призрачным и далеким.

Фрэнк Ли медленно отнял руки от ушей и жадно, с хрипом втянул воздух, кое-как приходя в себя. Распластавшиеся по палубе матросы всё еще корчились в невыносимой агонии, однако их состояние хотя бы перестало ухудшаться.

— Мощь этого «Бессмертного Короля» поистине ужасает… Отразить ее попросту немыслимо. Немудрено, что он входит в Четверку Королей… — едва заметно нахмурившись, с тяжелым вздохом обронил Клейн.

И пусть за плечами сыщика имелся солидный багаж опыта и повидал он немало чертовщины, это был первый случай, когда он подвергся прямой, целенаправленной атаке полубога. Юноша с содроганием осознал: даже Агалито, замыкающий список Четырех Королей, заставил его сполна прочувствовать собственную хрупкость и абсолютную невозможность дать отпор.