— Машина. — Он чуть оживился, потому что про машину было безопасно. — Машина, честно говоря, не машина, а памятник. АКБ сел в ноль, стартер уже не крутил, клеммы окислились, я их зачищал минут двадцать. Свечи — ну, Толь, ты бы видел эти свечи.

— Чёрные? — уточнил Толян.

— В нагаре. Как будто их солярой кормили. Поменял на новый комплект, я с собой набор прихватил. Дальше — датчик расхода воздухе. Сам по себе живой, но загажен так, что считал воздух за выхлоп. Чистил очистителем, продувал…

— Серый.

— А?

— Серый, это всё фигня. — Толян поставил кружку. — Ты главное скажи — сделал?

— Сделал.

— Завелась?

— С полпинка. На холостых ровно держит, обороты не плавают. Я её прогрел, прокатился до дороги и обратно. Чисто. Я ещё хотел про подушку двигателя сказать, там одна…

— Серёг.

— Ну?

— Серёг. — Толян наклонился вперёд, и в углу рта у него дёрнулась эта его фирменная ухмылка. — Ты главное скажи — чё там Люда?

Серёга стал красный. Не порозовел — именно стал красный, ровно, от шеи до корней волос. Кольцо на пальце крутанул раз. Потом ещё.

— А чё Люда?

— Да колись уже. — Толян откинулся к верстаку.

— Да ничё. Нормально всё.

— Серёга. — Я отхлебнул чаю. — Ты сейчас покраснел так, что я по тебе помидоры могу сверять на спелость. Что значит это твоё «нормально»?

Он молчал секунд пять. Смотрел на ботинки. Ботинки были рабочие, в каплях масла на носке.

— Ну… — выдавил наконец. — Ну, накормили меня.

— Это мы поняли. Чем кормили?

— Блинами. — Пауза. — С тремя начинками.

— С тремя?

— С мясом, с творогом и с… — наморщил лоб, — с яблоком, что ли. Я не разбирался уже, я уже просто ел. Уже не лезло, но ел.

Толян начал тихо смеяться. Не в голос, пока только плечи выдавали.

— А ещё чем?

— Ну, борщ был. Со сметаной. И котлеты. Она пока я с машиной возился, успела всё это…

— Серёг, ты там сколько провозился-то?

— Часов семь, — вздохнул. — Может восемь. По-хорошему-то часа за два можно было справиться, ну за три. Но она всё подходила и подходила. То чай принесет, то бутерброд, то «Серёженька, может, пирожок с компотом».

— Серёженька.

— Толь, отстань, а?!

— «Серёженька, может, пирожок»! — Толян уже не сдерживался, ржал в голос. — Ген, ты слышал? Серёженька!

Я тоже заржал. Не хотел, но не удержался. Серёга стал ещё краснее, хотя казалось уже некуда.

— А на пальце у тебя — она видела? — я кивнул на кольцо.

— Видела. — Опустил глаза. — Сразу.

— И?

— И спросила — «а супруга-то у нас как, не ругает, что в командировки гоняют?»

— А ты?

— А я говорю — «нормально, привыкла». — Серёга шмыгнул носом. — Ген Дмитрич, я вообще в первый раз так врал. У меня даже уши заложило.

— Молодец.

— Не молодец. Она потом, когда я уже собирался, говорит — «Серёжа, а ты в следующий раз приезжай. Не обязательно ж по работе. Просто так. Я пирог испеку». — Поднял глаза. В них стояло чистое мученичество. — Мужики. Я ей говорю — «спасибо», а она мне в пакет ещё банку варенья сунула. Малинового. Я не знал, как отбиться.

Толян согнулся пополам. Кружка на верстаке прыгала.

— Ген… Ген, ты слышишь… малиновое варенье…

— Серый, — сказал я, утирая глаза. — Ты её пирожки-то ел или нюхал?

— Ел. — Совсем сник. — Ген Дмитрич, я честно скажу. Ещё бы час — и она бы меня уложила спать. Или ужином накормила. Или наоборот, не знаю в каком порядке. Я в какой-то момент понял, что отбиваюсь от женщины, как от гаишника на трассе. И не уверен был, кто кого первый дожмёт.

Толян сполз с ящика на пол. Натурально сполз, держась за живот.

— Ген… Ген, я не могу…

Я тоже хохотал, аж слёзы по щекам. Серёга сидел красный и смотрел на нас как мученик на иконе. Только нимба не хватало.

— Ладно. — Я перевёл дух. — Серый, ты герой. Кольцо отцу верни — заслужил премию.

— Ген Дмитрич, я боюсь туда ехать. Она так на меня смотрела. Хотя, кушать готовит вкусно, прям как мама моя.

— Варенье то где? — Спросил я. — Или уже съел?

Толя снова засмеялся.

— Ладно, с этим разобрались. Спасибо тебе. На самом деле, очень выручил, Серега. Я тут сканер, кстати, заказал. Так что, как доставят, с Толяном будете осваивать.

— Какой сканер? — Толян перестал смеяться.

— Autel. MS906. Во вторник доставят.

Толян сел. Присвистнул.

— Ген. Ты серьёзно? Он же больше сотки стоит.

— Серьёзно.

Он молчал секунду. Потом тихо выматерился. С уважением, не зло.

— Ну, мужики. — Толян встал, отряхнул штаны. — Тогда у нас тут не сервис, у нас тут будет… — подыскивал слово, — космодром.

— Космодром, — согласился я. — С Серёженькой во главе.

Серёга застонал и закрыл лицо руками.

Глава 2

За воротами хлопнули дверью. Я посмотрел в монитор, там было видно, что подъехала серебристая «Астра», немолодая, с правым крылом чуть светлее остального кузова. Красили, видать.