Это была боль. Такая боль, о которой я слышал только в рассказах людей, достаточно глупых, чтобы влюбиться. Мне никогда не приходило в голову присоединиться к ним, никогда не думал, что могу быть настолько глупым, чтобы связать себя с другим существом таким образом, когда слишком хорошо знал, насколько разочаровывающими могут быть люди.

Я направился в комнату Амелии, потому что, хотя и не видел дверного проема, чтобы понять, куда ушла Марго, знал ее достаточно хорошо, чтобы предположить, что она пойдет куда-то, что ей знакомо. В совершенно новом месте она пойдет туда, где уже начала чувствовать себя комфортно, вместо того, чтобы идти в неизвестность.

Я хлопнул руками по двери, толкнувшись вперед с такой силой, которую мог бы сдержать, если мог. Дверь распахнулась передо мной, и я увидел Марго, стоящую за стулом, на котором сидел мужчина, которого она схватила. Он вцепился в край стула, повернувшись ко мне, и его рот от удивления раскрылся, когда я сделал несколько шагов в комнату и оценил ситуацию.

Марго держала в руке кусок веревки, ее намерения были очевидны. Меня должно было немного успокоить то, что она почувствовала необходимость сдержать своего избранника, ведь мне позволяли прикасаться к ней время от времени, пусть и ненавязчиво, с тех пор, как мы попали в Ад.

Вместо этого меня лишь разозлило то, что она просто не выбрала меня с самого начала. То, что она так стремилась избегать меня, что была готова подвергнуть себя этому.

Я не дал ни одному из них времени отреагировать, гнев диктовал мои действия, заставляя меня бежать в центр комнаты. Схватив голову мужчины руками, я посмотрел ему в глаза, резко повернув его голову в сторону. Раздался оглушительный хруст, когда Марго бросила веревку на пол и бросилась вперед, пытаясь вмешаться.

Тело мужчины покачивалось в сторону, сваливаясь с края стула и падая на пол, я забыл об этом. Перевел взгляд туда, где Марго сглотнула и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Что с тобой не так? — спросила она, повышая голос. Это привлекло внимание Амелии, которая последовала за мной к двери своей спальни.

Она уставилась на тело, на ее лице расплылась радостная ухмылка, когда она, прислонившись к дверному проему, скрестила руки на груди.

— Сейчас будет очень весело, — сказала она. Я сердито посмотрела на нее, резко развернулась и направилась к двери, слегка толкнув ее в коридор. Захлопнул дверь перед ее лицом, совершенно не обращая внимания на то, что Марго выбрала именно ее комнату, чтобы спрятаться.

— Расскажи мне, певчая птичка, — сказал, извиваясь и направляясь к Марго. Я сохранял расслабленную и непринужденную позу, пытаясь подавить гнев, пытаясь осмыслить откровения, потрясшие мой мир. Обошел край стула и опустился на место, которое занимал другой мужчина, лицом к Марго, которая стояла за ним, пока я с презрительной усмешкой отталкивал тело. — Что именно ты собиралась ему дать?

Марго никак не могла оторвать глаз от лежащего без сознания мужчины, ее глаза были широко раскрыты от шока.

— Что ты наделал? — спросила она, не в силах подобрать слова, пока я смотрел на нее через плечо.

— Он тебе нравился? — спросил, изучая ее ответ. Она повернула ко мне свои широко раскрытые каштановые глаза, наблюдая, как я снова пнул его. Меня не волновало, что он в тот момент ничего не чувствовал; если она продолжит смотреть на него, то оскверню его тело и оставлю после себя лишь пепел.

— Ты убил его!

Я фыркнул, наклонившись вперед, чтобы поднять веревку с пола, которую Марго уронила в спешке, чтобы вернуться.

— Нельзя убить то, что уже мертво, певчая птичка. Дай ему несколько часов, он в конце концов проснется. Хотя будет держаться от тебя подальше, если только не захочет, чтобы я сделал гораздо хуже в следующий раз, когда застану его за взглядом на тебя.

Она уставилась на меня, широко раскрыв свои красивые губы, и, задыхаясь, искала ответа.

— Для этого не было никаких причин.

Я пожал плечами, оставаясь на своем месте, хотя больше всего на свете хотел сократить расстояние между нами, прижать Марго к стене и целовать ее до тех пор, пока она не задохнется. Осознание того, что мои чувства были искренними, изменило для меня все. Теперь уже нельзя было отрицать нашу неизбежность.

— Не согласен, — сказал я, слегка наклонив голову в сторону и проведя языком по нижним зубам.

— Пошёл ты, — сказала она, собирая сталь в своих жилах. Она покачала головой и прошла мимо меня, пытаясь дойти до двери. Я протянул крыло, преградив ей путь, а затем схватил ее за предплечье, резко остановив ее рядом с собой.

— Отпусти меня, — прорычала она.