– Запахи? – изумилась мама.

– Да. Понимаешь, сейчас для меня любой чужой запах как… кувалдой по голове. Начинает дико ломить в висках, а интенсивность запаха кажется во много-много раз сильнее, чем есть на самом деле. Меня это просто душит до ужаса! Я уже консультировалась с психологами, даже к психиатру на приём сходила. Сказали или пить сильные успокоительные, или уехать куда-нибудь на природу, так, чтобы вокруг не было никаких искусственных ароматов – именно они и дают такие ощущения.

– Варюшенька, да что же ты сразу не сказала?

– Я… испугалась. Не понимала, что происходит. Сейчас, когда мне всё объяснили, я немного успокоилась и поняла, что мне нужно делать.

– И что же? – осторожно спросила мама.

– Сегодня я взяла на работе отпуск за свой счёт. Хотела вообще уволиться – там в офисе такая мешанина духов, а от начальства невероятно разит одеколоном, что я едва там находиться могла. Объяснила начальнику, что у меня мигрени, так он отговорил увольняться, а отпустил на полгода в отпуск. Деньги у меня есть – от сдачи двух квартир – мне более чем хватит. Та, где я живу, пусть постоит так. Я там всё закрыла, отключила, так что туда и ездить не надо. А! Замок я там сменила, чтобы Александр не смог войти.

– Это ты молодец, всё правильно рассудила, но что же ты будешь делать? Наверное, нужно где-то на природе быть? Чтобы без посторонних запахов? – тут же озаботилась мама, у которой от сердца разом отлегло – да, проблема есть, но ведь стресс рано или поздно уйдёт, верно? А значит, всё наладится!

– Да, мне надо куда-то в лес и подальше от людей. Я сейчас ищу какую-нибудь дачу на съём… Домик в лесу подальше от людей – никому же не объяснить, что они для меня невыносимы... невыносимо пахнут.

– Так, погоди… а от меня или от папы тебя запахи тоже мучают?

– Нет, вы – единственное исключение, и ты себе не представляешь, какое это счастье! – Варя устало прислонилась виском к маминому плечу.

– Родная моя, бедный мой птенчик! – мамина рука гладила волосы Вари, и та замирала, наслаждаясь этими ласковыми прикосновениями. – Давай-ка я позвоню моей знакомой со старой работы – у неё есть домик на границе заповедника. Место довольно глухое, деревня практически пустая, но туда можно заказать доставку продуктов – с прошлого года начали возить.

– Это было бы замечательно! – обрадовалась Варя.

Через четыре дня она уже была в доме – деревянной избе, старой, но крепкой, стоящей прямо у леса. Отец подновил забор, мама и Варя в четыре руки навели порядок в доме, разложили Варины вещи и кучу продуктов.

– Мы будем приезжать каждые выходные!

– Мам, лучше не надо так часто – тут от Москвы довольно далеко, замучаетесь вы ездить постоянно. А мне просто надо выспаться, успокоиться, прийти в себя… – Варя прекрасно понимала, что родители много работают, и требовать от них еженедельных поездок было бы нечестно – должны же они хоть немного отдыхать!

Она стояла в калитке своего временного убежища, махала рукой вслед машине, надеясь, что приняла правильное решение, и стараясь отогнать от себя мысль о том, что она будет делать, когда пройдёт полгода, а её виденье мира не изменится.

– Так… будет день, будет пища! – строго велела себе Варя, а вспомнив свою бабушку, добавила её любимую фразу: – На всякий день довольно своей заботы!

Так она и стала жить – день за днём. Да, конечно, не видеть людей не получалось – приходили немногочисленные соседи, которые пугали Варю клыкастыми улыбками и когтями на руках, да, иногда смущали «чудовищные» доставщики продуктов, но за забором был лес… Там не было ровным счётом ничего чудовищного или страшного. Почему-то Варя совершенно перестала его бояться.

Она на скорую руку делала себе какую-то несложную еду, брала фотоаппарат и уходила к старым елям, под лапами которых прятались тени, к мхам, к берёзам и соснам, к роднику, найденному под грудой сучьев, и расчищенному Варей, к птичьей перекличке и беличьей суете. Ко всему тому, что она никогда раньше не знала и не видела.

– И тут нет никаких чудовищ! – радовалась Варя. – И Александр меня не найдёт!

Теперь, когда у неё появилось время на раздумья, она всё больше и больше убеждалась в том, что причина её состояния именно в той жуткой семейке, которая едва не отобрала и её сознание, и её привычную жизнь, и её имущество.

Да, дело было в них, и, скорее всего, в том «чайке», которым её поил Александр, но как исправить тот вред, который они ей нанесли, Варя себе не представляла.

– Стоит только пойти к врачу и описать, что со мной происходит, как любой здравомыслящий врач решит, что у меня психическое заболевание, и мой рассказ про гада-Сашеньку и его семейку – это как раз одно из проявлений сумасшествия.

Как выйти из сложившейся ситуации, Варвара не знала, но тихо уповала, что это состояние у неё пройдёт. А ещё она очень надеялась, что: