— Ладно, рискнём, — выудив стальную змею из внутреней стороны ладони, произнёс скептически настроенный ведьмак. Он вставил шлейф в разъём на стойке, тот сел с лёгким щелчком.
— Сеанс пройдёт в реальности, так что события могут принять неожиданный оборот. Вы можете пропустить кое-что интересное, — с неизменной улыбкой произнесла администратор.
На мониторе перед ним появились женские и мужские изображения с именами.
— Теперь подождите немного, я считываю ваш биопрофиль. Скоро вы увидите совместимых с вами кукол.
Изображения то и дело подсвечивались, менялись, пока на экране не высветилось: «Выбор окончен». Надпись пропала, и появились две девушки.
— О-о-о! — администратор хлопнула в ладоши, её грудь колыхнулась. — Сразу с двумя девушками! Полная совместимость! Ну надо же!
— Это плохо или хорошо? — нахмурился Геральт.
— Конечно хорошо! Это говорит о том, что вы очень разносторонняя личность, со сложным, глубоким взглядом на жизнь.
Геральт кинул мимолётный взгляд на стоявшего в стороне призрака — виновника его «разносторонней» личности — и снова посмотрел на монитор.
Одна из девушек была блондинкой с длинными волосами и бледной фарфоровой кожей. Её грудь, скрытая под узкими лоскутками ткани, была размером с арбуз. Под изображением — имя «Ангел».
«Ангел смерти. Плотской смерти», — хмыкнул про себя Геральт и перевёл взор на вторую претендентку. Та кардинально отличалась от первой. Темноволосая, подстриженная по плечи, с миловидным лицом и усталой улыбкой. Кожа более смуглая, словно она день за днём проводила в поле. Грудь, скрытая под облегающей майкой, выглядела естественной и не казалась приделанной местными лекарями. Под изображением красовалось имя «Сильвия».
— Сильвия, — произнёс ведьмак, и тут же на экране изображение девушки переместилось в центр и увеличилось.
— Отличный выбор, Винсент! — обрадовалась администратор, застучав по клавиатуре. — Теперь можете оплатить и проходить в общий зал. Сильвия уже вас ждёт.
Геральт нехотя выудил из кармана мятую пачку купюр, отсчитал нужную сумму и положил на стойку. Правила борделя были одинаковы везде: сначала платишь, потом получаешь товар. А сможешь ли ты совладать с работницей плотских утех — это уже твои проблемы.
— Оружие проносить в клуб нельзя, у нас запрет, — администратор кивнула на ряд металлических ячеек у стены. — Можете оставить его на хранение в шкафчике. Я гарантирую, что с ним ничего не случится.
Пока она прятала деньги, Геральт заметил на её запястье татуировку — длинные полосы, словно след от тигриных когтей.
— И последнее, — девушка подняла указательный палец. — Скажите ваше стоп-слово.
— Это ещё для чего?
— Чтобы прервать сеанс, если вдруг что-то пойдёт не так. Ну, мало ли — подействует не тот препарат, или вам станет плохо. Мы заботимся о наших гостях.
Геральт на секунду задумался. Стоп-слова у него не было — он всегда шёл до конца.
— Цири, — сказал он.
— Отлично, я сохранила ваше стоп-слово. Приятного времяпрепровождения! Если хотите расслабиться перед сеансом, то весь этаж в вашем распоряжении, — администратор развернулась к мониторам, дав понять, что аудиенция окончена.
— Всего две продажных шкуры клюнули на тебя и готовы раздвинуть ноги? Небогато! — воскликнул Джонни, когда Геральт подошёл к ящикам. — На меня тёлки вешались сотнями!
— Исчезни, Джонни. Я пришёл за информацией, а не за удовлетворением, — огрызнулся ведьмак, открывая свободный шкафчик.
— А зря, ведьмак. Тебе бы не помешало сбросить пар. Отодрать эту сучку, да так, чтобы у неё процессор заискрил!
— Я не буду этого делать. Мне нужна информация об Эвелин.
Геральт запихнул меч в шкаф под разными углами — катана никак не хотела помещаться в узкую металлическую коробку. Пришлось положить её наискосок, предварительно вынув пистолет и сунув его в карман куртки.
— Эвелин Паркер — кукла, — задумчиво произнёс Джонни, наблюдая за мучениями ведьмака. — И как я сразу не догадался…
— Кукла, человек, монстр — какая разница, если она может вывести нас на заказчика? — наконец закрыв шкафчик, ответил Геральт. — Пошли.
Пройдя через плотную штору из тяжёлого бархата, Геральт попал в общий зал. Музыка стала громче — низкие, пульсирующие басы забивались в грудную клетку, заставляя вибрировать рёбра. Вдоль стен располагались отдельные кабинки, скрывающие происходящее за непроницаемым чёрным стеклом. Половина дверей были закрыты, из-за некоторых доносились приглушённые стоны и вскрики, смешанные с ритмичным поскрипыванием пружин. В воздухе пахло уже не духами, а потом и алкоголем — густым, сладковатым перегаром, уже въевшимся в обивку стен и мебели.