— Какая жалость, что Вам никогда не познать такого изящества.

Он смеётся.

— Ах, Вы ранили меня, Ваша Светлость.

— Ранил? — Я кладу нож, чтобы не поддаться искушению проткнуть им его голову. — Нет, капитан. Если Вы хотите быть раненым, я могу это устроить.

Лорд Габриэль вмешивается, положив руку мне на плечо. Молод,

двадцать восемь лет, с голубыми глазами и тёмными волосами. Его титул — лишь имя, он лишь барон с небольшим состоянием, но глава сыскной полиции Боу-стрит, человек чести, как ни крути.

— Джентльмены, нет нужды в дальнейших оскорблениях. Мы все здесь, чтобы насладиться вечером, а не наживать врагов. Давайте вернём разговор к более… подобающим вещам.

— Мы расследуем исчезновение лорда Сейнсбери, — открывает Габриэль. — Графиня последний раз видела его у доков5. Она вне себя от беспокойства. Ваша Светлость, Вы прибыли в порт два дня назад. Не видели ли чего необычного?

Вино застревает в горле. Я подавляю кашель. Нечистые мысли остаются на языке, но я проглатываю их вместе с вином. Лорд Сейнсбери мёртв. Он превратился в обезумевшую кровожадную тварь. У меня не было выбора. Теперь это обезглавленное чудовище. Тела Вы не найдёте.

Я опускаю взгляд на собаку Каррингтонов. Мастиф… он лежит без движения. Едва заметное дыхание. Я толкаю его носком ботинка — он не подаёт признаков жизни. Какого чёрта?

Кровь отливает от лица. Мастиф лениво лежал у ног гостей. Он единственный, кроме Кэтрин, кто съел остатки её еды.

Кэтрин. Что-то не так.

Я резко встаю, привлекая внимание лорда Габриэля.

— Ваша Светлость? — вопрошает он.

Отодвинув стул на место, я откланиваюсь от стола.

— Я должен позаботиться о Её Светлости. Ей нездоровится.

Я не жду ответа. Я двигаюсь быстро, сапоги гулко стучат по деревянному полу, когда я шагаю по узким коридорам в сторону наших покоев.

Что-то не так. Я чувствую.

Я возвращаюсь в наши покои, распахиваю дверь, обшариваю комнату — и нахожу её пустой.

Паника.

Разбудив Томаса, мы прочёсываем коридоры. Узкие стены душат меня, пока мы ищем. Нора, горничная Кэтрин, ещё спит, когда я нахожу её, свернувшуюся калачиком, как бесполезная тварь, которой она и является, блаженно не сознающую, что её госпожа исчезла. Я хватаю её за руку и рывком поднимаю — совсем не нежно. Её голова запрокидывается прежде, чем она просыпается с тихим жалким вздохом. Глаза широко раскрыты, лицо бледное. Она смотрит на меня, будто я

—кошмар, оживший наяву.

— Её здесь нет, — шепчу я. Отсутствие принцессы кричит во мне. — Кэтрин. Её нигде нет.

— Что? — спрашивает Нора. — Что случилось?

Но я не могу объяснить. Слова повторяются вместе с нарастающей паникой.

— Её нет.

Она не требует дальнейших объяснений.

Я выхожу из служебных помещений, Нора ковыляет за мной, всё ещё натягивая одежду. Мы мчимся по кораблю, мой лакей — за нами. Я врываюсь в столовую, но лорды и леди уже разошлись в гостиную — светское мероприятие давно покинуто.

И тут я вижу его. Габриэля. Проклятого Габриэля, всегда такого невозмутимого. Он разговаривает с капитаном корабля.Я шагаю к ним, кровь пульсирует в ушах. Из меня вырывается рёв:

—ГДЕ ОНА? ГЕРЦОГИНЯ.ГДЕ МОЯ ЖЕНА?

Габриэль выпрямляется, его отвисшая челюсть открыта от удивления.

— Что за шум?

Я не трачу слов. Хватаю капитана за воротник и прижимаю его к переборке6. Деревянные балки стонут под тяжестью моей ярости.

— Я беру этот корабль под свой контроль, — я сжимаю кулаки. — Арестуйте этого человека.

Габриэль встаёт и протискивается между нами, вцепляясь своими пальцами в мои, пытаясь ослабить удавку на капитанском горле.

— Ваша Светлость!

Капитан задыхается от паники.

— Арестовать?! За что? Я ничего не делал! Я всё время был здесь!

Его оправдания для меня пусты.

— Не принимайте меня за дурака, бессовестный мерзавец. Я прикажу подвесить Вас за борт, пока ваши кости не побелеют. — Я наклоняюсь ближе, пока моё лицо не оказывается в дюйме от его. —Пока Вы не умрёте.

Пока он беспомощно хватает ртом воздух, Габриэль начинает колебаться, но я выкладываю карты на стол. Я раскрываю ему всё, тыча пальцем: собака, исчезнувший стюард, ложь и обман.

— Герцогини нет в её покоях, её нигде нет.Что Вы с ней сделали?

Ярость нарастает, когда я смотрю на него не моргая и не отпуская его, пока его маска наконец не рассыпается. Он сам верит в свою ложь.

—Вы не хотите её, — Выплёвывает он. — Мы слышали это из Ваших собственных уст! Какая разница, если я избавлю Вас от неё?Вы не хотите её!

При признании голова Габриэля резко поворачивается и всякая дипломатия исчезает с его лица.

— Найдите герцогиню, — приказывает он своим людям, которые, привлечённые шумом, теперь заполняют маленькую столовую. — Она должна быть на борту. — Он поворачивается к капитану. —А он не покинет эту комнату.

— Да, милорд, — отвечает один из сыщиков.