- Как только уберете валуны, землекопы должны копать вручную. За три тысячи лет глубина могла измениться, и мы не хотим вломиться в гробницу бульдозером.

Брайан видел скептицизм в глазах Мустафы по поводу глубины, но копка должна была начаться позже в тот же день. А пока бригада приступила к подъему огромных валунов с помощью тележки и крана, чтобы убрать их с дороги. Спустя полдня расчистки участка бригада землекопов взялась за лопаты.

В течение следующей недели, как и предупреждал Бокар, еще тридцать два мужчины и женщины присоединились к другим на свалке для стервятников. Те, кто прорывался через минные поля, были скошены пулеметным огнем или испепелены огнеметами.

Мустафа заметил, пока Брайан и Ангус наблюдали, как его люди грузят трупы в самосвал и увозят:

- Бедуины, как вы их называете, носят только древнее оружие своих предков. Убивать их - все равно что наступить на скорпиона. Никакой реальной угрозы они не представляют. Уверяю вас, у нас больше пуль, чем у них добровольных смертников.

В конце недели Брайан и Ангус стояли одни на краю огромного кратера - пятьдесят футов в ширину и тридцать в глубину. Вокруг них высились горы песка. Всякий раз, когда Брайан выходил из палатки справить нужду, ему казалось, будто он шагает прямо в доменную печь. Он не понимал, как землекопы могут работать в такую жару.

Ангус покачал головой:

- Ты уверен, что правильно посчитал?

- Абсолютно. Я проверил трижды. Знаешь старую поговорку: "семь раз отмерь, один раз отрежь". Но я как-то не думал, что будет так глубоко.

Ангус напомнил:

- Как ты сам сказал Мустафе, за три тысячи лет многое могло измениться. Мы здесь всего десять дней. И на случай, если ты не знал, гробницы всегда трудно найти. Фараоны вырезали языки всем, кто работал над их гробницами, а когда властитель умирал, их хоронили вместе с ним.

- Кто-то же должен был закопать вход, - возразил Брайан.

- Тоже верно, но они заключали договор - покончить с собой как часть клятвы хранить тайну. В любом случае, я участвовал в раскопках, которые длились годами.

- Что ж, эта не должна длиться так долго, - простонал Брайан. - У меня всего сто пятьдесят тысяч.

- Ты шутишь. Я думал, это был только первый взнос.

- Я солгал. Это все, что Арчибальд, в своей бесконечной мудрости, согласился выделить.

Ангус посмотрел на легион людей в яме и задумался: не будет ли это очередной бесплодной затеей, профинансированной музеем. Взяв флягу с водой, он спросил:

- Почему ты так долго молчал?

- Правда еще хуже. Я трачу свое выходное пособие на последний шанс спасти свою работу.

Ангус посмотрел на него с недоверием:

- Зачем ты согласился на такое нелепое предложение? Ты ищешь единственную гробницу во всем Египте, которую еще не нашли. Шанс ее реально найти - меньше, чем выиграть в лотерею.

- Не все так плохо, - Брайан сделал жест, будто вытаскивает кролика из шляпы. - Целых двадцать лет у меня был припрятан козырь в рукаве - карта к гробнице.

- Двадцать лет! Почему же ты так долго ждал?

- Умирающий, который сказал мне, где найти карту, предупредил: вход в гробницу Усеркари приведет к Армагеддону. Он принесет гибель не только нарушителям покоя гробницы, но и всему человечеству. Он утверждал, что открыть гробницу Усеркари - все равно что открыть дверь в Ад.

Ангус перебил его:

- Ближе к делу. Я все еще хочу знать, почему ты позволил бреду умирающего помешать тебе воспользоваться картой, чтобы найти гробницу. Признаю, этот тип переплюнул обычное проклятие фараонов - скрутил знатную байку, но мы-то с тобой знаем, что проклятия - это просто дерьмо собачье.

Ангус выслушал жуткую историю, но не подал виду, что она может поколебать его скептицизм насчет египетских проклятий.

Брайан устало посмотрел на скептическое выражение лица отца и сказал:

- Вот она - та самая история. Когда я пришел в дом этого человека, я обнаружил входную дверь приоткрытой и услышал, как кто-то кричит от смертельной боли. Нехотя я зашел внутрь - может, смогу помочь. К своему величайшему ужасу, я увидел человека, корчившегося на полу среди изувеченных тел женщины и нескольких детей. Я не мог сказать, сколько их было, потому что части тел валялись вокруг в лужах крови и грязи. Ты слушаешь, папа?

Ангус поерзал задом в походном стуле и сказал:

- Продолжай.

- Я понял, что ему осталось недолго - по чудовищным отекам по всему телу. Несмотря на свое состояние, он ухватил меня за рубашку с силой безумца и притянул ближе, чтобы я мог расслышать его последний шепот. Он рассказал: когда вернулся домой, то обнаружил, что чудовище из проклятия зарезало его жену и детей. Он упал на колени и, пока рыдал навзрыд, получил несколько смертельных укусов от кобр, скользивших среди останков. Он не мог двигаться и умирал в страшных муках, когда я его нашел.

Ангус перебил: