— Сказала, что надо было вообще на них всё накопившееся выплеснуть, — весело ответил командир Святых. — Как прошло?

— Лучше ожидаемого, — честно ответил я. — Поехали. Дома дел полно. Стоит убраться как можно дальше, пока идёт совет. Потом могут быть проблемы.

Мы быстро загрузились в машины и двинулись к выезду из Белого города. Все жадно смотрели на меня в ожидании подробного рассказа, а я думал о том, что увидел.

— А почему совет прошёл лучше, чем ожидалось? — наконец нарушил тишину Мастер. По статусу командира он имел больше прав, но этот вопрос буквально висел в воздухе.

— Наследный княжич Космачёв притащил с собой пленника и заявил, что тот хотел устроить мятеж по приказу графа Овчинникова, — ответил я. — На днях в столицу пребывает кто-то из верховных судей.

— Ох, ё! — прогудел Бугурт. — Как только представлю, какая мясорубка после этого начнётся… Хорошо, что мы уже ушли из Управления!

— Но многие ещё там, — возразил Мастер и, посмотрев на меня, добавил. — Скорее всего, вам предложат большие отступные, есть мысли, что потребовать с Овчинниковых в качестве возмещения ущерба, Святослав Иванович? Деньги, производства?

— Мысли есть, — ответил я, вспомнив об амулете, который никак не ожидал увидеть в новой жизни. — Но вряд ли граф пойдёт на такое даже в сложившейся ситуации.

— Что будем делать? — поинтересовался командир Святых.

— Пока едем домой и будем заниматься обычными делами, — просто ответил я.

— Это понятно, — улыбнулся в ответ бывший гвардеец. — Я имею в виду, что в целом.

— В целом? — рассеянно ответил я. Разум постепенно погружался в странное оцепенение, связанное со скрытыми пластами памяти, которые пробудил образ амулета. — В целом, я разжёг большой костёр, Мастер. И теперь буду смотреть, как высоко взлетят искры.

Глава 2

Темнота, подсвеченная отвратительным изумрудным светом. Он сочится из разломов в земле, пропитывает воздух и светится в трещинах неба. Будто хрустальный шар здорового мира бросили и разбили в ведре с заражёнными скверной отходами.

Я стою посреди этого поля и вокруг десятки и сотни тел. Трупы тех, кто знал истинную цену обещаниям возвысившихся чудовищ и своими глазами видел их суть. На моём пути были десятки подобных миров. До некоторых я добрался слишком поздно, а в других меня встретили их обманутые обитатели.

Ослеплённые ложным могуществом, они стояли до конца за тех, кто считал их топливом для своей вечной жизни. На горизонте ещё виднелись уродливые вытянутые тени до самых небес, но они уже уходили. Эти ублюдки взяли своё и бежали от прямого боя. Я опоздал.

— Это была славная битва… — прошелестел рядом со мной бесплотный голос. Эстариан — величайший мастер проклятой грани Смерти, решил немного задержаться перед тем, как уйти навсегда. — Жаль, ты этого не видел, старый друг. Мы забрали троих.

— Но какой ценой… — зло выдавил я. — И что мне теперь делать, когда я остался один?

— Ты не один, — возразил Эстариан. — И никогда не был один. Есть те, кто живёт только ради тебя и твоей цели.

— Они слабы, — покачал головой я. Хотелось немедленно броситься в погоню и уничтожить отступающих врагов, но я точно знал, что из этого ничего не выйдет. Сотни ловушек, обманных переходов и запасных нор ждали меня впереди, едва я сдвинусь с места. Даже я не сумею быстро найти правильный путь. — И отдали уже слишком много. Чем я буду отличаться от своих врагов, если заберу всё?

— Ничем, — просто ответил сильнейший архимаг Смерти десяти планов мироздания. Особенно меня удивляло, что подобную грань кристаллической связи освоил представитель воздушного племени. — Но ты и не должен, старый друг. Чтобы уничтожить врага, ты должен быть сильнее его. Иначе всё это потеряет смысл. Не беспокойся за прошлое. Твоя единственная задача — спасти будущее и не дать им завершить возвышение. Всё остальное лишь путь. И ты свой путь выбрал давным-давно... господин барон…

Тьма начала трескаться, проклятие гибели миров пришло в действие и нужно было уходить. Но я никак не мог открыть переход и просто бросить тела близких в пучине гибнущего мира.

— Тебе пора. А о нас не беспокойся. Я присмотрю за погибшими, — напоследок произнёс Эстариан и вдруг снова настойчиво добавил. — Господин барон!

— Что? — удивлённо переспросил я.

— Господин барон! — резко изменившимся голосом, произнёс мой погибший боевой товарищ. Мир вокруг начал стремительно меняться, меня тряхнуло, появились шумы и странный гул. — Просыпайтесь, Святослав Иванович! Мы приехали!

Я с трудом разлепил глаза и увидел над собой встревоженное лицо Мастера. Сон? Когда я успел уснуть? Вокруг ощущалось плотное облако кристаллической связи. Кристалл пытался достучаться до меня с того момента, как мы пересекли границу баронства, но я этого вообще не ощущал. Куда я провалился и что это было? Воспоминание? Тогда почему такое смутное, будто я наблюдал за этим всем издалека?