Девушку корчило от невыносимой боли, но сейчас я ничем не мог ей помочь. Оставалось только ждать и продолжать качать энергию в её воздушные карманы. В какой-то момент я уже подумал, что напрасно затеял такой опасный ритуал и хотел даже активировать систему защиты вокруг Ульяны, которую готовил всё время до её прихода, но остановился в последнее мгновение.

Тело девушки начало стремительно терять плотность и становиться прозрачным. Я оборвал атаку и моментально запечатал Ульяну непробиваемым куполом. Через него ни одна грань кристаллической связи не могла пробиться мгновенно, но Воздух не торопился уходить.

Тело полукровки воспарило над полом. Хотя… Теперь назвать её полукровкой не посмел бы даже самый закоренелый ненавистник иномирцев. Кровь Ассашара полностью раскрылась и Ульяна приняла свой истинный вид.

Ревущий под куполом ветер сорвал с девушки одежду и разметал в клочья, будто злился, что его высшее дитя таскает на себе какие-то тряпки. Место обычного кожаного снаряжения заняли колышущиеся лоскуты воздуха. Их становилось всё больше и больше, пока всё тело молодой Ассашары не скрылось под туманным покрывалом. Легендарная броня высшей касты воздушного племени, которая могла принимать любой вид и была отражением силы своего носителя.

Девушка ещё секунд десять неподвижно лежала на затихающем под ней урагане, а потом вдруг развернулась вертикально. На меня уставились залитые серой мглой глаза на почти прозрачном лице. Ульяна подняла руку для атаки, а потом всё внезапно закончилось.

— Спокойно, спокойно… — рванувшись вперёд и подхватив рухнувшую вниз девушку, начал твердить я. — Тебе сейчас нельзя нервничать и использовать дар. Расслабься. Всё хорошо. Всё получилось…

— Какого хрена, барон? — не открывая глаза и даже не пытаясь подняться, прохрипела в ответ Ульяна. — Что это было вообще? Почему так пусто внутри?

— Много вопросов, Уля! — ответил я. Поднял девушку на руки и понёс к своему месту отдыха. — Ты действительно готова сейчас об этом говорить?

— Ты не знаешь, да? –уже чуть более уверенно произнесла девушка. — И как на самом деле возвышать Ассашаров ты тоже не знаешь.

— Я не знаю, как их инициировали в мирное время, — коротко ответил я. Теперь можно было не опасаться, что Ульяна кому-то расскажет. Её связь с Воздухом стала прочнее любых цепей, а клятва никуда не делась. — В бою всё происходило именно так.

— Тогда понятно, — неожиданно успокоилась Ульяна и наконец открыла глаза. Голубая радужка сменилась на насыщенно серую, с редкими синими прожилками. — Кто ты такой, Святослав? И где тебе доводилось убивать Ассашаров?

— Это было давно, — проигнорировав первый вопрос, ответил я.

— Я летала? — вдруг совершенно по-детски спросила Ульяна.

— Как истинное дитя воздуха, — улыбнулся я и положил девушку на каменную лавку. Вещей у меня в заклинательном покое не было, поэтому снял с себя пиджак и накинул его на плечи юной Ассашаре. — И полетишь снова.

— Я каждую ночь видела сны о небе, барон, — закутавшись в мой пиджак, тихо ответила Ульяна. — Это было моё проклятие и моё спасение. Иногда я ненавидела своего отца, а иногда хотела оказаться рядом с ним в небесах.

— Не думаю, что он жив, Ульяна, — серьёзно ответил я. Ни одно живое существо не могло выдержать два десятилетия заражения изумрудной энергией. Механоиды изначально не были живыми, поэтому их это не касалось.

— А жаль… — даже не подумала спорить девушка. Воздух вокруг нас был плотным и почти неподвижным. Я даже почувствовал, как мой кристалл увеличил давление энергии, чтобы отодвинуть от меня чужую силу. Вот только это не требовалось.

Несмотря на довольно жестокий метод возвышения, стихия была благодарна мне за возвращение своего ребёнка. Возможно, Ульяна была вообще последним Ассашаром, не заражённым отравой падших. И я чувствовал, как меня со всех сторон мягко поддерживает невидимая опора, хотя в другое время Воздух легко мог быть опасным, запросто разрезая даже толстую стальную броню.

— Когда я смогу полететь снова, Святослав Иванович? — не глядя на меня, спросила Ульяна.

— В долгий полёт ты сможешь отправиться только когда откроешь пятую руну, — немного подумав, ответил я. — На четырёх рунах сможешь удерживаться в истинном облике достаточно долго. А пока он доступен для тебя лишь в минуты максимальных нагрузок или смертельной опасности. Воздух благоволит тебе, Ассашара. Он сам готов питать твой облик, только бы ты оставалась живой.

— Я чувствую это… — проведя рукой перед собой, улыбнулась девушка. Её ладонь слегка потеряла прозрачность и тут же окуталась белёсой дымкой непробиваемой брони. Силы стремительно возвращались к девушке, но до полного восстановления было ещё далеко.