Это напоминает мне. Мне нужно заполучить жесткий диск Джинкс и немного покопаться. Тот факт, что у Джинкс единственной было видео похищения, раздражает меня. Теперь, когда я знаю, что девочки у мамы, я начинаю думать, что сцена, где Кейденс и Грей силой заталкивают в серый фургон, была инсценировкой.

 

— Знаете, что странно? Последнее сообщение от Джинкс гласило, что она скоро с нами встретится, — Сол достает телефон и читает текст Джинкс: — «Привет, принцы Редвуда. Получили мой подарок? Этот хранитель секретов готов раскрыть все свои карты. Почему? Потому что у меня есть кое-что, что нужно вам, а у вас есть кое-что, что нужно мне. Вы меня еще не знаете, но скоро я буду ближе, чем ваш следующий секрет. Увидимся, Джинкс». — Сол отрывается от экрана. — Она выходила с кем-то из вас на связь?

 

Признание срывается с моих губ, но я придерживаю его.

 

— Нет, с тех пор как мама забрала Кейди. Ее приложение тоже офлайн, — Датч включает поворотник и съезжает с шоссе.

 

— Она что-то скрывает, — предполагает Зейн.

 

Датч качает головой. — Джинкс всегда что-то скрывает, но она никогда раньше не пропадала с радаров.

 

— Она также никогда раньше не имела дел с якудза, — отмечает Зейн. — Сплетничать о подростковых разборках — это одно, а сдавать мафию — совсем другое.

 

— Может, кто-то убил ее, потому что она подобралась слишком близко к правде? — шепчет Сол.

 

Он ошибается. Джинкс жива-здорова, и она выполняет свое обещание. Она гораздо ближе ко мне, чем кто-либо из моих секретов.

 

Я вдыхаю, и ее аромат сирени наполняет мои ноздри. Должно быть, он впитался в мою одежду, когда я держал ее на коленях во время поездки. Это приятно.

 

Я закрываю глаза, пока братья спорят, и позволяю воспоминаниям о Джей захватить меня. Ее светлые волосы. Ее сине-зеленые глаза. Ее приоткрытый рот, когда она тяжело дышала рядом со мной.

 

Я глубже погружаюсь в заднее сиденье, мое дыхание тяжелеет, когда я вспоминаю, как ее пальцы впивались в мою рубашку. Ее глаза, умоляющие меня спасти ее. Ее рука, бьющаяся в моей хватке, когда я удерживал ее. Ритм ее пульса, стучащий под моим большим пальцем — быстрее, быстрее, приближаясь к блаженству и к смерти.

 

Ее жизнь висит на острие ножа. Удовольствие и боль. Желание и разрушение.

 

Да, Джинкс жива. Но после одной ночи со мной всё может измениться. Адреналин бурлит в крови — редкое ощущение. Полагаю… это чувство означает, что я в восторге.

 

— Финн, что ты думаешь? — спрашивает Сол.

 

Я выпрямляюсь. Понятия не имею, о чем они говорили.

 

— Оставьте Финна в покое, — говорит Зейн после секундного молчания. — Вы же знаете, он не даст нам устроить ловушку для своей подружки.

 

Машина останавливается перед виллой. Датч и Сол выходят и заходят внутрь, не ожидая от меня ответа. Я позволяю им думать, что им хочется, и не спеша выхожу на улицу, разминая ноги и любуясь бескрайним звездным небом.

 

Мои братья захотят планировать дальше, но я вряд ли буду полезен. День выдался очень долгим, и усталость начинает подкрадываться ко мне.

 

Зейн подъезжает на мотоцикле и присоединяется ко мне, пока я смотрю в небо.

 

— С каких пор ты любуешься звездами?

 

— В отличие от тебя, мне не нужно, чтобы к чему-то были приделаны сиськи, чтобы восхищаться этим.

 

Он фыркает. Я улыбаюсь и продолжаю смотреть вверх.

 

— Финн, — говорит Зейн нерешительно. — Сейчас происходит много всего. Грей пропала, и это поглощает меня.

 

Как и должно быть. Я знаю, как сильно Зейн любит свою жену.

 

Он качает головой. — Но ты мой брат, и я знаю, что ты тоже через многое сейчас проходишь.

 

Намеренно или нет, в последнее время они часто напоминают мне, что я их брат. Будто я могу однажды забыть об этом и оставить их.

 

Взгляд Зейна пробегает по моим ссадинам.

 

— Тебе не нужно оставаться в якудза, Финн. В любое время, по любой причине, ты можешь уйти. Мы сделаем всё, чтобы ты мог уйти.

 

Он ошибается. Якудза — это не то, от чего можно просто уйти. Они… мой отец… убьет всех, кто мне дорог, если я повернусь спиной к обещанию, которое дал. В этом я не сомневаюсь.

 

Зейн хлопает меня по спине, пока я молчу. — Выспись, чувак. Выглядишь паршиво.

 

Я бы поспорил с ним, но не думаю, что в моих интересах сейчас казаться крутым. Завтра люди Куросаки ждут меня на тренировке, и они не будут щадить меня из-за моих травм.

 

Направляясь к парадной двери, я толкаю ее, но оборачиваюсь и вижу Зейна, который с тоской смотрит на звезды.

 

— Зейн, — зову я.

 

Он смотрит на меня, ветер треплет его волосы. Мы все одного возраста — Датч и Зейн родились с разницей в несколько минут, но в моих мыслях Зейн всегда был младшим братом. Я всегда чувствовал особую ответственность за него, пока мы росли.

 

— Мы вернем их.