Глава пятьдесят пятая

 

ДЖЕЙ

 

Я до сих пор не уверена, угрожал ли мне Финн вчера ночью. Звучало как угроза, хотя мы говорили об абстрактной ситуации.

 

И хотя обычно это заставило бы меня впасть в панику и начать рыть землю, чтобы узнать все его секреты и защититься, сейчас я почему-то не чувствую, что Финн — мой злейший враг.

 

Я поднимаю телефон и смотрю на сообщение, которое Келли прислала рано утром:

 

Нам нужно поговорить.

 

Хотела бы я, чтобы она прислала это на телефон «Джинкс», но с прошлой ночи он подозрительно молчит.

 

Нам нужно поговорить.

 

С этими словами две проблемы. Первая: я не готова говорить с Келли, потому что на сорок восемь процентов уверена, что она самозванка, и на тридцать — что у нее не всё в порядке с психикой.

 

Вторая: у Келли есть доступ в эту больницу. Она может нагрянуть в любой момент, потому что вся моя жизнь заперта в этих четырех стенах.

 

Единственные люди, которые когда-либо увозили меня отсюда, — это бабуля и Финн.

 

Один из них мертв.

 

Другой хочет моей смерти.

 

Так что вариантов, где спрятаться, немного. Но даже если бы они были, я всё равно привязана к больнице. Мое сердце не выдержит жизни снаружи. Келли настойчиво названивала «Джинкс». Она всё равно меня найдет. Мне нужно решить, что с ней делать.

 

В коридоре раздаются тяжелые шаги, и я вскидываю голову, ожидая увидеть лицо Келли, заглядывающее в окно палаты.

 

Но это доктор Кенджи.

 

Он входит, выглядит трезвым и уставшим. Волосы торчат во все стороны, как обычно после операции, халат помят.

 

— Привет, Док, — рассеянно здороваюсь я. — Опять спали в отделении?

— Джей, нам нужно поговорить о твоих анализах.

 

Опять эти четыре ужасных слова.

 

Дзынь!

 

Я вскакиваю на край кровати, увидев уведомление.

 

— Что не так? — глаза доктора Кенджи из сонных превращаются в настороженные, он оглядывается через плечо, будто ждет, что кто-то ворвется и устроит здесь перестрелку.

 

Кортни, школьная подруга Келли, ответила на мое сообщение.

 

КОРТНИ: Ты из Netflix?

 

Мои брови сходятся на переносице. Netflix? Почему она это спрашивает?

 

— Джей, это очень важно. В результатах твоих тестов…

— Да, да. Я знаю, что там написано, Док. У меня больное сердце, — я спрыгиваю с кровати и сую ноги в удобные кроксы. — Прости. Можем поговорить в другой раз? Мне нужно кое-что проверить.

 

Я хватаю куртку, сумочку и быстрым шагом направляюсь к двери.

 

— Куда ты идешь? — спрашивает доктор Кенджи, поспевая за мной. — Ты недостаточно здорова, чтобы покидать больницу.

 

Я пытаюсь двигаться быстрее, но это пустая трата сил, и в итоге я громко пыхчу и отдуваюсь.

 

Это унизительно.

 

— Я буду в порядке, — ворчу я, не спуская глаз с двери. — Я не буду перенапрягаться, Док, клянусь. Мне нужно сделать одно быстрое дело, я вернусь, и тогда вы расскажете мне всё, что не так с моими результатами.

— Джей, это не то, что можно просто проигнорировать. Твое сердце…

— О! Доброе утро! — Мартина машет рукой с середины коридора. Ее темно-карие глаза сияют, в руках пакет с контейнерами.

 

Я радостно машу в ответ, видя путь к отступлению:

— Мартина!

— Да-да, — она ковыляет ко мне, ее улыбка достаточно широка, чтобы обнажить золотой зуб. — Хорошо видеть тебя на ногах, Джей.

— Доктор Кенджи, это Мартина. Она… подруга подруги. Вроде того. Можете считать ее моей опекуншей на данный момент.

 

Доктор Кенджи открывает рот, чтобы протестовать. Я отступаю от него:

— Расскажите ей, что со мной не так, а она потом перескажет мне. Хорошо? Мартина… — я указываю на доктора.

 

Мартина, мой спаситель, берет доктора под руку:

— Доктор, а сколько вам лет? У меня есть прекрасная племянница, она только что получила диплом юриста. Её зовут Хесусита, и вы — как раз в ее вкусе. Она обожает K-pop, она даже была в Корее…

— Я японец, — слышу я, как сухо информирует Мартину доктор Кенджи, пока я сбегаю к лифту и отвечаю Кортни.

 

Я: Я не из Netflix. Я подруга Келли. Она сейчас разводится, и муж обливает её грязью. Я хочу, чтобы друзья, которые знали её, написали заявление в её защиту.

Я: Мы можем встретиться?

 

Лифт высаживает меня на первом этаже, я плетусь через переполненный приемный покой.

 

КОРТНИ: Это шутка?

Я: В смысле?

КОРТНИ: Келли пропала без вести шесть лет назад. Её тело до сих пор не нашли.

КОРТНИ: Я думала, Netflix снимает об этом документалку.