– Ваш рассказ о возможностях аномалии очень интересен, но сейчас мне неинтересно знать о её предполагаемых возможностях, я и так всё увидел в тот день, – Шелдон откинулся на спинку кресла, и скрип кожаной обивки прозвучал громко в напряжённой тишине. – Лучше расскажите, что нам делать с этой аномалией.

– Мы разработали план по установлению коммуникации с SCPM-004 методом контролируемого предоставления ресурсов, – вышел вперёд Ахмадиев, его уставшее лицо озарилось внутренним огнём энтузиазма. – Очевидно, что объект испытывает ненормальное влечение к человеческой крови, возможно, именно она является единственным источником питания объекта. Мы можем использовать кровь как ресурс при нашем контакте с SCPM-004.

– Продолжай, – потребовал Шелдон.

– Для начала мы обустроим камеру содержания объекта таким образом, чтобы исключить любой человеческий фактор при взаимодействии с SCPM-004 для предотвращения любых несчастных случаев. После чего посредством механических манипуляторов в камеру содержания будет доставлен и оставлен неподалёку от SCPM-004 контейнер с образцом человеческой крови. Таким образом мы подтвердим гипотезу о запросе объекта и проверим, изменит ли объект поведение при получении ресурса без прямого контакта с человеком, – Ахмадиев на мгновение замолчал и перевёл взгляд за спину Шелдона, прямо в тёмное, слепое окно, за которым лежал внутренний двор комплекса. – В случае позитивного отклика, принятия ресурса, в камере будет активирована аудиосвязь. Будет задан простейший вопрос, например: “Понимаешь ли ты нас?”, с требованием ответить одним движением, поднять руку или кивнуть. Если объект ничего не сделает – это будет означать, что он нас не понимает. Мы будем искать пути решения, возможно, аномальный объект не понимает именно английского языка.

– Допустим, вы сможете с ним найти точки взаимодействия, и что тогда? – поинтересовался Шелдон. Затея звучала относительно безопасно.

– При успешном установлении базовой коммуникации будут предложены простые задачи, например манипуляции с предметами, в обмен на порцию крови. Целью этих задач будет выяснить уровень интеллекта, мотивацию и степень кооперативности объекта. Изучив полученные данные от объекта, мы построим более углублённую модель взаимодействия.

– Хорошо, делайте, что посчитаете нужным, – после недолгой паузы согласился Шелдон. – Только держите эту тварь в узде. В случае нарушения условий содержания объект будет уничтожен.

– Мы постараемся разработать дополнительные меры сдерживания объекта, – улыбнулся Ахмадиев, не скрывая свою радость от того, что его и команду наконец-то допустили до изучения SCPM-004.

– И не забывайте о своей остальной работе. Я не хочу, чтобы исследования SCPM-004 замедляло другие, – напомнил Вайт.

– Я разумно распределю научных сотрудников, – кивнул учёный с уровнем доступа А.

Научные сотрудники покинули кабинет Шелдона и разошлись по своим комнатам. Несколько бессонных ночей тяжелым грузом легли на их плечи, сказываясь на здоровье и работоспособности. Они были слишком возбуждены из-за возможности поработать с единственной в комплексе аномалией уровня Кетер. Поэтому отдавали всех себя во время работы, желая выбить из директора разрешение на её последующее изучение. Когда они получили желаемое, они решили наконец-то поумерить свой пыл и дать телу и мозгу отдохнуть.

Шелдон отправился в комнату видеонаблюдения. Тусклый синий свет от банков мониторов озарял лица дежурных операторов. Он подошел к главной консоли и по камерам проверил камеру содержания объекта SCPM-004 и охрану перед ней.

За два дня аномалия почти никак не изменилась и не изменила своего положения, застыв в своей жуткой медитации. Единственное изменение, что бросалось в глаза при взгляде на аномалию, так это кожа на ней. За два дня она поменяла цвет со здорового пшеничного до болезненного, молочно-белого, будто кто-то нанёс на кожу толстый слой тонального крема холодного фарфорового цвета. Этот контраст между совершенной, почти кукольной внешностью и знанием о её происхождении выглядел одновременно привлекательно и жутко.

Пустые глазницы она всё так же скрывала под прикрытыми глазами, как и свои гнилые зубы прятала за закрытым ртом. Посмотришь так со стороны на неё через камеру и не скажешь, что это сидит монстр. Наоборот, у стороннего наблюдателя могло сложиться впечатление, будто здесь сотрудники комплекса злодеи, что заперли красивую девушку одну в камере с обезображенным трупом и морят её голодом и сводят с ума.

Останки трупа D-153 за два дня так никто и не убрал. Лезть в камеру к SCPM-004 было смертельно опасно. Тем более когда эта аномалия сидела прямо рядом с трупом, вся в засохшей, почерневшей крови. За два дня она так ни разу и не двинулась и не произнесла ни звука. Словно самый настоящий труп. Возможно, из-за отсутствия глаз она не могла визуально ориентироваться в пространстве и реагировала только на звук и кровь.