Первоначальные рукописные черновики второй главы «Властелина Колец» не составляют законченного повествования, пусть даже самого чернового, а скорее разрозненные части повествования, местами более чем в одной версии, по мере того как история расширялась и менялась в ходе написания. То, что мой отец отпечатал первую главу к 1 февраля 1938 года (с. 40), но 17 февраля написал (с. 43), что, хотя первые главы даются ему легко, «продолжение „Хоббита“ всё там же, где и было», настоятельно наводит на мысль, что первоначальное черновое написание этой второй главы последовало за печатанием четвёртой версии «Долгожданного угощения».

Затем последовал машинописный текст с заглавием «Трое — компания, четверо — и подавно»; он будет приведён полностью, но прежде следует рассмотреть более ранние стадии истории (одна из них — в высшей степени любопытная).

Первый черновой рукописный набросок начинается с того, что Одо и Фродо Тук (но Фродо тут же изменён на Дрого) сидят ночью на воротах и толкуют о событиях в Бэг-Энде в тот день, тогда как «Фродо Брендибак сидел на груде заплечных мешков и котомок и глядел на звёзды». Фродо Брендибак, по-видимому, был введён сюда из роли, уготованной ему в заметках, приведённых на с. 42–43, в одной из которых он был заменён Мармадюком (Брендибаком). Бинго, неслышно и невидимо подойдя сзади, столкнул Одо и Дрого с ворот, и после последовавшего подтрунивания черновик продолжается:

— Есть ли у вас троих хоть какое-то представление, куда мы идём? — сказал Бинго.

— Ни малейшего, — сказал Фродо, — если ты о том, где мы в конце концов окажемся. С таким капитаном этого нипочём не угадать. Но все мы знаем, куда направляемся сперва.

— Чего мы не знаем, — вставил Дрого, — так это сколько времени уйдёт у нас на дорогу пешком. А ты знаешь? Ты ведь обычно брал пони.

«Это ненамного быстрее, хотя и менее утомительно. Дай-ка вспомню — я никогда не проделывал этот путь второпях и обычно тратил пять с половиной недель (с уймой привалов). По правде, всякий раз, как я пускался по дороге в Ривенделл, со мной приключалось какое-нибудь приключение, помягче или покруче».

— Что ж, — сказал Фродо, — отложим-ка нынче ночью кусочек пути за спину. Под звёздами славно, и прохладно.

— Лучше скоро на боковую да выйти спозаранку, — сказал Одо (который любил поспать). — Завтра успеем больше, коли начнём свежими.

— Я поддерживаю советника Фродо, — сказал Бинго. Так они и тронулись, вскинув мешки и сжав длинные палки. Они шли очень тихо, полями, вдоль живых изгородей и опушек небольших рощиц, пока не пала ночь, и в тёмных [?зелёных] плащах были совершенно невидимы безо всяких колец. И, разумеется, будучи хоббитами, они не производили шума — даже хоббитам неслышного. Наконец Хоббитон остался далеко позади, и огни в окнах последней фермы мерцали на вершине холма где-то вдалеке. Бинго обернулся и махнул рукой на прощание.

У подножия пологого холма они вышли на главную дорогу, что вела на Восток, — она бледно-серой лентой убегала во тьму меж высоких изгородей и тёмных, колеблемых ветром деревьев. Теперь они шагали по двое; немного болтая, порой напевая, часто отмеряя в такт милю-другую, не говоря ни слова. Над головой кружились звёзды, и ночь близилась к концу.

Одо широко зевнул и сбавил шаг. «Меня так клонит в сон, — сказал он, — что я того и гляди свалюсь на дороге. Как насчёт места для ночлега?»

Здесь первоначальный начальный черновик обрывается. Примечательно, что хоббиты отправляются прямо в Ривенделл, и Бинго бывал там прежде несколько раз; ср. заметку, приведённую на с. 42: «Бильбо… оседает в Ривенделле. Отсюда частые отлучки Бинго из дому». Но нет никакого указания — да и не было — на то, отчего им надлежало бы куда-то особенно спешить.

Ясно, что, выйдя на Восточную Дорогу, хоббиты пустились по ней и пошли на восток. На этой стадии нет и намёка на боковую дорогу к Бакленду, да и вообще на то, чтобы Бакленд играл хоть какую-то роль в их замыслах.

Затем последовало переработанное начало. Дрого Тука убрали, оставив Одо и Фродо спутниками Бинго (Фродо теперь, по всей вероятности, Тук). Отрывок про Ривенделл исчез, а вместо него появляется план идти сперва, «чтобы забрать Мармадюка». Описание пути из Хоббитона теперь куда полнее и в основном достигает формы машинописного текста (с. 50); любопытно отметить здесь точку, где проступает дорога на Бакленд:

После привала на пригорке под редкими берёзками они снова двинулись дальше, пока не вышли на узкую дорогу. Она убегала, бледно-серая во тьме, вверх и вниз — но всё время полого взбираясь к югу. Это была дорога на Бакленд, поднимавшаяся прочь от главной Восточной Дороги в долине Воды и вьющаяся мимо подножий Зелёных Холмов к юго-восточному углу Шира, к Лесному Краю, как называли его хоббиты. Они шагали по ней, пока она не нырнула меж высоких изгородей и тёмных деревьев, тихо шелестевших сухой листвой в ночном воздухе.

Сравнение этого с описанием Восточной Дороги в первом черновике («бледно-серой лентой убегала во тьму меж высоких изгородей и тёмных, колеблемых ветром деревьев») показывает, что одно произошло из другого. Возможно, как следствие, пересечение Восточной Дороги опущено; просто сказано, что дорога на Бакленд отходила от неё (ср. иначе FR, с. 80).

После слов Одо (машинописный текст, с. 50) «Или вы, ребята, собираетесь спать на ходу?» следует:

The Road goes ever on and on

down from the Door where it began:

before us far the Road has gone,