— Надеюсь, мы всё-таки найдём гномов в конце концов, — сказал Фродо. — Я бы много отдал, чтобы повидать старого Балина. Бильбо был к нему привязан и был бы рад вестям о нём. Он навещал его в Хоббитоне как-то давным-давно, но это было прежде, чем я переехал туда жить.

Но эти слова унесли его мысли далеко прочь от темноты, и воспоминания о Бэг-Энде, пока Бильбо был ещё там, [?густо] нахлынули в его ум. Он всем сердцем желал вернуться туда, косить лужайку или возиться среди цветов, и чтобы он никогда не слыхал о Кольце.[38] Был его черёд стеречь. Когда настала тишина и один за другим остальные уснули, он снова почувствовал, как странный страх осаждает его. Но, хотя он слушал бесконечно сквозь медленные часы, пока его не сменили, он не услышал звука ничьих шагов. Лишь однажды, далеко, где, как он догадывался, стояла западная арка, ему почудилось, что он видит две бледные точки света — почти как светящиеся глаза. Он вздрогнул — «должно быть, я почти уснул, — подумал он, — я был на краю сна». Он протёр глаза и встал и оставался стоять, вглядываясь в темноту, пока его не сменил Мерри. Он быстро уснул, но спустя время ему показалось во сне, что он слышит шёпоты и видит две бледные точки света, приближающиеся. Он проснулся — и обнаружил, что остальные тихо говорят подле него и что тусклый свет на деле падает на его лицо. Высоко над восточной аркой, через шахту близ свода, шёл серый проблеск. И через чертог, через северную арку, свет тоже мерцал, слабо и отдалённо.

Фродо сел. — Доброе утро! — сказал Гэндальф. — Ибо это снова наконец утро. Я был прав, видишь. Прежде чем кончится нынешний день, мы должны добраться до Восточных Врат и увидеть воды Хелеворна в Димрилл-доле перед собою.[39]

И всё же чародей чувствовал некоторое сомнение насчёт их точного положения — они могли быть далеко к северу или к югу от Врат. Восточная арка была вероятнейшим выходом, и сквозняк, что тёк через неё, казалось, обещал проход, ведущий вскоре к наружному воздуху, но за устьем не было и следа света. — Если бы я только мог выглянуть из одной из этих шахт, — сказал он, — я бы лучше знал, как быть. Мы могли бы блуждать туда-сюда без конца и как раз разминуться с выходом. Нам лучше немного разведать, прежде чем тронемся. И пойдём сперва к свету.

Пройдя под северной аркой, они спустились по широкому коридору, и, пока они шли, мерцание света крепло. Свернув за резкий угол, они вышли к большой двери справа. Она была полуоткрыта, и за нею была большая квадратная палата. Она была лишь тускло освещена, но их глазам, после столь долгого пребывания в темноте, она казалась почти ослепительно светлой, и они моргали, входя. Их ноги потревожили глубокую пыль и спотыкались среди вещей, лежавших на полу у дверного проёма, чьи очертания они сперва не могли разобрать.

Они увидели теперь, что палата освещена широкой шахтой высоко в дальней стене — она шла наклонно вверх, и далеко вверху виднелся маленький квадратный лоскут неба, где она выходила наружу. Свет падал прямо на стол посреди палаты — квадратную глыбу фута в три высотой, на которую была положена большая плита белёного камня.

«Похоже на гробницу!» — подумал Фродо и пошёл вперёд поглядеть на неё ближе, со странным чувством предчувствия. Гэндальф быстро подошёл к нему. На плите было глубоко высечено рунами:[40]

БАЛИН СЫН БУРИНА ВЛАДЫКА МОРИИ

Гэндальф и Фродо переглянулись. — Значит, он мёртв. Я как-то этого боялся, — сказал Фродо.

Хотя набросок истории о проходе через Морию продолжается далеко за эту точку (с. 443), этот первый черновик повествования остановился здесь. Мой отец нацарапал несколько едва разборчивых заметок на пустом остатке страницы, а годы спустя (когда, как я думаю, страница отделилась от остальной главы: см. примеч. 40) он расшифровал их так.

«Балин, сын Бурина» изменено на «Балин, сын Фундина», как в «Хоббите» (см. с. 444).

В конце повествования чернилами написано, как в FR: «Гимли набросил капюшон на лицо».

«Руны ?Гномов».

«(они) озираются и видят сломанные мечи, и ?лезвия топоров, и расколотые щиты».

«?Истоптанная книга в пятнах крови и брошена в углу. Прочесть можно лишь часть. Балин был сражён в ?стычке в Димрилл-доле. Они взяли ворота, они идут».

На обороте страницы — первый набросок «Страницы из Книги Балина» (см. примеч. 40).

Может статься, что мой отец не чувствовал в это время, что достиг конца главы, и намеревался продолжить историю, но из его собственных слов в Предисловии ко Второму Изданию (1966), в котором он изложил некоторые воспоминания о стадиях написания книги, известно, что он остановился надолго именно в этой точке. Он сказал там, что к концу 1939 года «повесть ещё не достигла конца Книги I» (и ясно, что он имел в виду Книгу I FR, а не Том I «Властелина Колец»), и что