— Никто здесь не сможет, — сказал Элронд сурово.[27] — Никто не может предсказать, какая дорога ведёт к спасению, если ты это разумеешь. Но я могу выбрать, какую дорогу правильно избрать, как мне кажется, — и выбор, право, ясен. Кольцо должно быть низвергнуто в Огонь. Опасность больше на западной дороге, ибо сердце моё говорит мне, что это та дорога, какую Саурон будет ожидать от нас, когда услышит, что случилось. И если мы её изберём, он будет преследовать нас быстро и верно, ибо нам пришлось бы держать к Гаваням за Башнями. Их он наверняка разрушил бы, даже не найдя нас, и не было бы после того Эльфам пути к спасению из темнеющего мира.

— И Шир тоже был бы разрушен, — сказал Топотун тихим голосом, глядя на Бильбо и Фродо.

— Но на другой дороге, — сказал Элронд, — со скоростью и умением путники могли бы пройти далеко незамеченными. Не скажу, что в этом поиске велика надежда, но лишь так можно достичь хоть какого-то прочного блага. В Кольце сокрыта большая часть древней мощи Саурона. Даже хоть он и не держит его, та мощь всё ещё живёт и работает на него и к нему. Покуда Кольцо живёт на суше или на море, он не будет побеждён. Покуда Кольцо длится, он будет расти, и иметь надежду, и страх, как бы Кольцо не вернулось в его руку, будет вечно тяготеть над миром. Война никогда не прекратится, пока живёт тот страх, и все Люди обратятся к нему.

— Я этого не понимаю, — сказал Боромир. — Отчего бы Эльфам и их друзьям не воспользоваться Великим Кольцом, чтобы победить Саурона? И я скажу, что не все люди к нему примкнут: люди Онда никогда не покорятся.

— «Никогда» — длинное слово, о Боромир, — сказал Элронд. — Люди Онда доблестны и всё ещё верны средь сонма врагов, но одна доблесть не может вечно противостоять Саурону. Многие из его слуг столь же доблестны. Но что до Правящего Кольца — оно принадлежит Саурону и исполнено его духа. Мощь его слишком велика для тех, кто меньшей силы, как обнаружили Бильбо и Фродо, и в конце концов оно неминуемо приведёт их к нему пленниками, если они его сохранят. Для тех же, у кого есть власть своя, опасность его куда больше. С ним они, быть может, и низвергли бы Тёмного Владыку, но сами воссели бы на его трон. Тогда они стали бы столь же злы, как он, или хуже. Ибо ничто не зло в начале. Даже Саурон не был таким. Я не смею взять Кольцо, чтобы владеть им.

— И я, — сказал Гэндальф.

— Но разве не правда, как я слыхал, о Элронд, — сказал Боромир, — что Эльфы всё ещё хранят и владеют Тремя Кольцами, а ведь и эти пришли от Саурона в древние дни? И у гномов, говорят, тоже были кольца. Скажи мне, Глоин, если ты это знаешь, остаётся ли хоть одно из Семи Колец?

— Не знаю, — сказал Глоин. — Втайне говорилось, что Траин (отец Трора, отца Торина,[28] что пал в битве) обладал одним, что нисходило от его праотцев. Иные говорили, что оно было последним. Но где оно, ни один гном теперь не знает. Думаем, может, оно было отнято у него, прежде чем Гэндальф нашёл его в подземельях Мордора давным-давно[29] — или, может, оно было утрачено в Мории. И всё же в последнее время мы получали тайные послания из Мордора, снова предлагающие нам кольца. Отчасти из-за этого я и пришёл в Ривенделл, ибо послания спрашивали о неком Бильбо и велели нам добыть у него (волей или неволей) кольцо, которым он обладал. За это кольцо нам предлагали [семь >] три таких, какие были у наших отцов встарь. Даже за весть о том, где его найти, нам предлагали дружбу навеки и великое богатство.[30] Сердца наши встревожены, ибо мы видим, что король Бранд в Дейле боится, и, если мы не ответим, Саурон подвигнет других людей на зло против него. Уже есть угрозы войны на юге.

— Похоже, что Семь Колец утрачены или вернулись к своему Владыке, — сказал Боромир. — А что же Три?

— Три Кольца ещё существуют, — сказал Элронд. — Они даровали Эльфам великую власть, но никогда ещё не послужили им в их борьбе с Сауроном. Ибо они пришли от самого Саурона и не могут дать никакого умения или знания, какого он уже не имел при их создании. И каждому роду кольца Владыки приносят такие силы, каких каждый желает и какими способен владеть. Эльфы желали не силы, или господства, или богатства, а тонкости ремесла и знания и ведения тайн бытия мира. Это они обрели, хотя и со скорбью. Но это обратится во зло, если Саурон вернёт себе Правящее Кольцо, ибо тогда всё, что Эльфы измыслили или познали мощью колец, станет его, как и было его умыслом.