Но теперь, когда я думаю об этом, мне не следовало ждать болезни, чтобы начать получать максимум удовольствия от наших вечеринок в честь Четвертого июля. Или от чего бы то ни было еще, если на то пошло. И это подводит нас к совету Хелен номер семь.

Не ждите, пока вы состаритесь, заболеете или окажетесь на пороге смерти, чтобы начать ценить жизнь. Живите на полную катушку. Всегда. Начиная прямо сейчас. Оглянитесь вокруг, будьте благодарны за всё, что у вас есть, и берите от этого лучшее. Время летит так быстро — моргнете, и всё пропустите. Так что никогда ничего не ждите. Ваше время — сейчас.

С любовью,

Хелен

19

Аделаида

— С днем рождения, Адди!

Я открыла глаза и увидела нависшего надо мной Луи; его личико освещала белозубая улыбка. Своим телом он придавил меня к футону, но я не жаловалась. Я не могла придумать лучшего способа проснуться, чем этот.

— Спасибо, Лу. — Высвободив руки из-под одеяла, я обхватила его туловище, которое заметно раздалось за последние несколько месяцев. Мысль о том, что мой маленький Луи превращается в мужчину, заставила меня сжать его в объятиях еще крепче.

Оторвав голову от моей груди, он достал из пижамных штанов сложенный листок и протянул его мне; его ухмылка стала еще шире. Приняв сидячее положение, я взяла бумагу — это была поздравительная открытка. На обложке Луи нарисовал сердечки и нечто, что могло быть — а могло и не быть — моим лицом.

Я не стала ждать и читать, что внутри, а сразу подалась вперед и снова крепко сжала его в своих объятиях.

— Спасибо, Лулу.

В этот же миг в гостиную вошел отец, и его взгляд остановился на открытке. Его лицо приобрело необычный багровый оттенок.

— Мне... мне жаль, я забыл, Адди.

Вид его виноватого лица разбил мне сердце, и я встала, чтобы тоже крепко его обнять. Не то чтобы он помнил о моих днях рождения в последние два года, но сам факт того, что он заметил это сегодня, заставил меня снова почувствовать надежду.

— Все в порядке, пап.

Поглаживая меня по спине, он произнес:

— С днем рождения, милая. Он отступил на шаг, придерживая меня за плечи, и улыбнулся. — Я так отчетливо помню день твоего рождения. Это был самый счастливый момент в моей жизни. И для твоей матери тоже.

Я не доверяла собственному голосу, поэтому ответила лишь улыбкой.

— Как насчет того, чтобы позже прогуляться в парк, может, съедим по мороженому? — предложил он. — В честь праздника? Закивав слишком усердно, я снова шагнула к нему, чтобы обнять. Рубашка отца пахла его одеколоном, которым он не пользовался уже целую вечность. Этот запах напомнил мне об объятиях, которыми он одаривал меня в детстве, когда я ушибалась, и о его особенных поцелуях, «заживляющих любые болячки». Это был запах утешения, запах любви.

Когда он выпустил меня из объятий, мы вздрогнули от резкого стука. В входную дверь — постучали трижды.

— Ты кого-то ждала на день рождения? — спросил папа.

— Нет, — ответила я. — По крайней мере, я не помню, чтобы кого-то приглашала.

Я опустила взгляд на свою пижаму — на мне были свободные белые хлопковые шорты и красная футболка, оставшаяся еще со времен, когда я работала вожатой в лагере. Сойдет.

Я ахнула, открыв дверь и увидев Маттиаса, стоящего на коврике у входа: на нем были шорты темно-зеленого цвета, черная футболка с V-образным вырезом и авиаторы, а на лице сияла ослепительная улыбка.

— С днем рождения, Адди.

Нет, перед моими глазами вовсе не промелькнула внезапная вспышка того, как он выглядит без одежды.

— Что… Откуда ты узнал? — спросила я. — Я же даже не упоминала об этом.

Он ухмыльнулся.

— Ты сказала Хелен пару недель назад. Она не мастер хранить секреты.

По телу разлилось тепло — то ли от непристойных образов, проносившихся в голове, то ли от мысли, что он нашел время прийти сюда и поздравить меня с днем рождения. Он не обязан был этого делать. В конце концов, он был всего лишь моим боссом. То, что произошло четвертого июля, ничего не значило. По крайней мере, именно это я твердила себе снова и снова.

— Спасибо, мне очень приятно. — Я улыбнулась, и когда он ничего не добавил, сердце в груди забилось чаще. — Так что ты здесь делаешь?

— Разве это не очевидно?

Когда я вскинула бровь, он закатил глаза и рассмеялся.

— Я пришел, чтобы забрать тебя на праздничное мероприятие. — Он наклонился вперед и прошептал мне на ухо: — Просто как друзья, не волнуйся.

Я тяжело сглотнула.

— И что же это за мероприятие? — Почему мой голос внезапно зазвучал так натянуто?

— Это сюрприз. — Он подмигнул, и я прочувствовала это каждой клеточкой своего существа. — Поторапливайся, у тебя есть... — Он взглянул на свои хромированные наручные часы. — Пять минут на сборы.

— Но... я... — Обернувшись, я встретилась взглядом с отцом и Луи. Я не могла оставить их одних, особенно после того, как они предложили провести это праздничное время вместе со мной.

Папа покачал головой.