Да и не могла Анна хорошо к ним относиться после всего, что она о них знала, после того, что видела собственными глазами. За семнадцать лет, что девушка прожила с вампирами, люди нападали на их дома одиннадцать раз. Они всегда приходили с оружием и огнем, всегда обзывались и угрожали, всегда Борису приходилось спасать свою семью. Так кто же был монстром? От вампиров девушка видела только любовь и заботу, а от людей исходили злость и ненависть.

Но все же Анна была человеком. И несмотря на то, что ее вырастили и воспитали вампиры, ее место было среди людей. Она всегда это знала. Девушка разжала ладонь и погладила нагревшееся от ее тепла серебряное сердце. Тот, кто повесил его на шею маленькой девочки, наверняка ведь любил ее. Скорее всего это была женщина, которая ее родила. Ее мама.

Анна часто думала, а вдруг ее украли у настоящих родителей, и они искали ее, страдали, плакали? А что, если они все еще живы и даже не догадываются, что их дочь жива? Может быть, если она все же решиться покинуть замок, ей удастся их отыскать?

От бесконечных мыслей у Анны разболелась голова. Она не знала, как поступить правильно, не понимала, как будет лучше для нее? Ее сердце разрывалась на части, и она снова готова была разрыдаться.

В комнате стало душно. Анна встала с кровати, подошла к окну и распахнула его, впустив прохладный ночной воздух. Тяжелая низкая луна висела над лесом. На ее фоне она заметила два темных силуэта. Они кружились в танце, обнимая друг друга крыльями. Девушка невольно залюбовалась их свободным полетом, в котором чувствовалось столько страсти и, одновременно, нежности. Борис и Виктория были вместе уже больше трехсот лет, но их любовь, казалось, с каждым годом становилась все сильнее и крепче.

Анна закрыла окно и вернулась в постель. Она засунула медальон под подушку, подложила руки под голову и закрыла глаза. Слезы потекли по ее щекам, обжигая кожу. Никогда еще она не чувствовала себя так одиноко…

ГЛАВА 10

Кабак в городке работал до последнего клиента. Время уже перевалило за полночь, когда дверь распахнулась и в провонявшее скисшим пивом помещение вошли двое посетителей – старуха, от которой так и веяло древностью, и молодой парень, едва-едва достигший возраста, когда ему стало можно употреблять алкоголь.

Уставший хозяин стоял за барной стойкой и, не обращая внимания на пытавшегося разговорить его одинокого пьянчужку, сидящего напротив, мягкой тряпочкой натирал кружку. Он поднял глаза на вошедших и окинул их оценивающим взглядом. Эти точно много не выпьют! Но это его даже обрадовало. Все, чего ему сейчас хотелось, это выпроводить всех, запереть заведение на замок и отправиться домой под бочок к своей милой женушке. Но сегодня была суббота, и компания работяг за большим столом расходиться явно не собиралась.

Старуха остановилась посреди зала и покрутила головой, выбирая подходящий стол. Парень, пришедший с ней, держался позади и, казалось, нервничал. Определившись с местом, пожилая женщина подошла к стойке, бросила на нее монету и одарила хозяина таким взглядом, что у него мороз пошел по коже.

– Две пинты темного вон за тот столик! – приказала она, ткнув костлявым пальцем на угловой стол, расположенный максимально удаленно от шумной компании.

Хозяин сглотнул подкативший к горлу ком, кивнул и бросился наполнять кружки пенным напитком. Старуха гордо прошествовала к выбранному месту. Парень, вжав голову в плечи, тут же последовал за ней. Пьянчужка чуть не свернул себе шею, вывернувшись, чтобы проводить странную парочку взглядом.

– Неместные что ли? – развернулся он обратно к хозяину кабака. – Первый раз их здесь вижу. А уж я-то тут всех знаю!

– Может с северов, – пожал плечами хозяин. – Уж больно бледные…

Он подхватил одной рукой обе кружки и понес к столику.

– Пей, – приказала Эстер, когда хозяин кабака, стряхнув грязной тряпкой крошки с их стола, удалился обратно за стойку.

Марк обхватил кружку руками и поднес ко рту. Его губы опустились в пенную шапку.

– Зачем это? – поморщился он.

– Для конспирации, – Эстер подняла вверх указательный палец.

Она с легкостью подняла свою кружку и залпом опустошила наполовину.

– И часто ты тут бываешь? – спросил Марк, вытирая остатки пивной пены со рта.

– Конкретно здесь, впервые, – теперь она пила напиток медленно, маленькими глоточками. – Но на расстоянии крыла десятки маленьких городков и среднего пошиба сел. И в каждом есть кабачок, где можно поживиться. Ты пей, пей. Надо подготовить желудок.

– Если отец узнает, чем ты занимаешься, – парень испуганно склонился над столом, – он будет в ярости! А меня просто убьет!

Эстер лишь махнула рукой и принялась сканировать глазами зал.

– Плевать я хотела на его ярость! Зато хотя бы один мой внук перестанет питаться отбросами!

– Бабушка… Мне кажется, я не готов, – Марк заметно нервничал.

– Не будь слизняком, как твой отец! Выпей еще пива!

Парень послушно взялся за кружку и следил глазами за хищным взглядом бабушки.

– Мы с тобой сможем все изменить, – заговорщически прошептала она, продолжая исподлобья рассматривать людей в кабаке. – Алекс скоро присоединится к древним, и ему тоже придется… Постой-ка… Кажется, наш клиент.