Смотритель почтовой станции обеспокоился внезапной сменой планов госпожи, которая, по всему было видно, здесь довольно известна. Возможно, все дело в том, что она каждый месяц проезжает то в одну, то в другую сторону, пытаясь убежать от сущности, что живет в ней самой. Но это именно тот случай, когда от себя не убежишь. Куда бы она ни поехала, зло продолжает питаться ее энергией и подчинять себе ее тело.

Я повесил на седло свои мешки и повел лошадь к воротам, но вдруг заметил, что у кареты какое-то оживление. Когда приблизился, увидел, что Вавилова застыла у самой двери в карету, а телохранители пытались привести ее в чувство.

— Воду принеси. Надо поплескать ей на лицо, иногда помогает, — сказал один из них.

— Да тут ничего не поможет. Надо ждать.

— Что это с ней? Может, падучая болезнь? — предположил один.

— При падучей болезни на землю падают, в струнку вытягиваются и трясутся, а она просто замирает. Может так минуту постоять, а может все десять. В прошлый раз прямо на лестнице застыла. Хорошо, я рядом был и подержал, чтобы не упала.

Я переключил зрение и увидел, что сущность почти почернела, а ее глаза светились красным огнем. Хм, красные глаза… Подобного подселенца я уже встречал.

Вдруг Настя вздрогнула, шумно выдохнула и чуть не свалилась на землю, но ее вовремя подхватили сильные мужские руки. Она с потерянным взглядом осмотрелась и упавшим голосом спросила:

— Опять?

— Да. Но недолго, около двух минут.

Вавилова кивнула, села в карету и плотно закрыла за собой дверь. Я взобрался на Пепельную и первым выехал со двора почтовой станции. Карета и двое всадников поехали сразу за мной.

Как и сказала Настя, к вечеру мы добрались до небольшого городка, вид на который открывался с пригорка. Вокруг по большей части стояли деревянные избы, и только в центре города виднелись двухэтажные каменные здания. А на площади даже статуя стояла — всадник на коне, поднявшемся на дыбы.

Постоялый двор мало чем отличался от тех, что были в пригороде Иркутска. Разве только был новым и до сих пор пах свежей древесиной и смолой. Госпожу Вавилову разместили на втором этаже в одной из дорогих комнат, я же заплатил за койко-место в большой общей мужской комнате.

Денег у меня было достаточно, но я решил не тратиться, ведь путь длинный и деньги могут пригодится. К тому же неизвестно, как встретит меня столица. Вдруг там я столкнусь с гораздо более влиятельными противниками моего лечения и на время придется оставить практику.

Поужинав горячими щами и отбивной, я лег на кровать и провалился в сон. Завтра мне предстоит лицом к лицу столкнуться с очередной злобной сущностью, задумавшей погубить человека.

Ночь прошла спокойно. Я выспался, и уровень энергии немного поднялся. Однако я боялся, что ее может не хватить, если сущность, живущая в девушке, окажется сильнее и будет сопротивляться.

Для того, чтобы полностью наполнить внутренний резервуар, мне нужно лечить и получать энергию в виде шара. Именно поэтому я умылся и огляделся в поисках человека, которого могу вылечить.

На соседней кровати сидел взъерошенный мужчина, который с кряхтеньем растирал опухшие ноги. Ага, а вот и больной!

— Приветствую, — поздоровался я и покачал головой, глядя на его ноги. — Застудили, что ли?

— Здорово, коль не шутишь, — кивнул он. — Нет, не застудил. Шел три дня пешком, вот и раздулись. Не знаю, как дальше пойду, даже наступить не могу — болит. Всю ночь ноги на подушке держал. Надеялся, что поможет, но нет. Как видишь, только сильнее раздуло.

— Угу, — я подошел к соседней кровати и, опустившись у ног мужчины, нажал пальцем на опухоль. Осталась выемка. Довольно сильно опухло. Если руна «исцеления» не поможет, то дело гораздо серьезнее, чем может показаться.

— Я — знахарь и могу помочь, — сказал я.

— Денег у меня совсем мало. Расплатиться не смогу, — понизив голос, признался он.

— Ничего не надо. Бесплатно помогу, — ответил я и прямо на ноге нарисовал руну «Исцеления».

— Хорошо, лечи, раз бесплатно, — согласился он, видимо, даже не поняв, что я уже начал лечение. — Настойками лечишь или какими-то другими методами?

— У меня свои методы, — выдохнул я, когда опухоль прямо на глазах начала спадать, а ко мне полетел шар энергии.

Мужчина опустил взгляд на свои ноги и удивленно воззрился на меня.

— Что ты сделал-то?

— Вылечил, — улыбнулся я, вышел из комнаты и двинулся по коридору к трактиру, находящемуся здесь же на первом этаже.

Утро было раннее, поэтому почти все столы были свободны. Лишь у окна сидели два человека: худощавый юноша лет шестнадцати и пожилая сгорбленная женщина. Они пили чай с сухарями и неспешно о чем-то беседовали. Переключив зрение, осмотрел открытые части тела юноши, но никаких болезней не увидел, зато у старухи был полный комплект: глаза, уши, горло, суставы на пальцах.

— Можно к вам присесть? А то скучно одному есть, — доброжелательно улыбнулся я, подходя к их столу.

— Садись, раз скучно, — проскрипела старуха и, прищурившись, оглядела меня.