После ужина я поспешила в конюшню при постоялом дворе. Здесь было тихо, и никого не было кроме нескольких животных. Забравшись в пустое стойло, я уселась на ворох скрученного сена. Достала вышитое очелье Яры.

Помяла его в руках и решилась. Медленно надела очелье на голову и прикрыла глаза.

Мне надо было знать ещё хоть что-то из прошлого Ярославы, о её детстве или юности, или же об обереге или царе Светозаре, чтобы понять, как лучше действовать по приезду в Сибирию. Как говорится: верная и нужная информация о деле — это уже полдела.

Все это время я не решалась надевать диковинное очелье, боясь последствий: обморока и сильных головокружений после. Но сейчас, после того как все могло сорваться из-за блудливой княжны, другого выхода не было.

Некоторое время я сидела недвижимо с закрытыми глазами. Но ничего не происходило. Только изредка тихо ржали лошади и пахло пряным сеном. Я же, так и не открывая глаз, пыталась сосредоточиться на мыслях о Светозаре, об обереге «Жизни», о воспоминаниях Яры. Однако ничего странного не ощущала и не видела.

Спустя полчаса измаявшись и устав ждать, я поняла, что ничего не получится. Видимо в тот раз для видения понадобилось еще что-то.

Я уже хотела встать, но вдруг моя голова закружилась, а мысли стали вязкими и мутными. Через миг я словно упала в светлое искрящееся пространство.

Шумы, яркие образы и чувства ворвались в мое сознание. Звуки боя, грохочущих пушек и крики оглушили меня. Яркая визуальная картинка передо мной появилось резко и стремительно.

Я опять оказалась в теле маленькой девочки, а в руках у меня так и была корзина с младенцем, в другой — погасшая свеча.

Толкнув деревянную, покосившуюся дверь, что была передо мной, я вышла наружу из потайного хода.

На улице творилось нечто страшное.

Повсюду шла бойня: агрессивные всадники в коричнево-желтой экипировке с поднятыми легкими мечами крушили всех на своем пути; пешие воины в серых одеждах пытались оказать сопротивление; испуганные горожане бежали и прятались в панике от расправы.

Крики, страх, смерть повсюду окружали меня.

Прижимая к себе корзинку, я быстро добежала до ближайшего здания. Притиснулась к каменной беленой стене дома, лихорадочно ища глазами место, где можно было спрятаться на время. Присела за большую бочку с водой.

Снова огляделась. Жестокий и кровавый бой так и продолжался на улице.

Совсем не знала, что делать. Точнее, я слышала мысли девочки, в теле которой я находилась теперь. Паника, страх и непонимание куда бежать, терзали ее существо. Ее матушка велела бежать к старцу в лес, но как бежать, когда и головы не высунешь, сразу ее лишишься.

Коричнево-желтых воинов в блестящих шлемах становилось все больше. Они словно живой убивающий поток перемещались по улице вперед: пешие, конные, за ними еще какие-то повозки.

Я знала, что это наши враги — елизарцы и они пришли завоевать и отнять наши земли.

В какой-то момент я в ужасе вскрикнула. Около меня упал окровавленный ратник в серой форме. Он дернулся в предсмертной агонии и затих, а его убийца, елизарец в коричнево-желтом одеянии, поскакал дальше. Кровавые раны на лице и груди несчастного повергли меня в панику. Этот несчастный воин был из ратного войска Динарии. Но ратников в сером по сравнению с елизарскими, было гораздо меньше на улице, и они явно не могли оказать должное сопротивление пришлым захватчикам.

Воин испустил дух, а из моих глаз снова потекли слезы.

— Убивать всех! — раздался громкий приказ одного из всадников. — Никого не щадить!

Они проскакали мимо, а я испуганно сжалась всем телом. Я чувствовала, что надо уходить с улицы и где-то спрятаться до ночи. А потом, в темноте, бежать в лес к старцу. Он укроет нас с братцем, так велела матушка.

Продолжая прятаться за бочкой и примостившись за какими-то мешками, я неистово прижимала к себе корзинку с братцем и оглядывалась по сторонам.

На противоположной стороне улицы, чуть в стороне от дороги, заметила небольшой дом. Он казался заброшенным. Я поняла — надо бежать именно в него. Спрятаться в его подвале. Туда елизарцы возможно и не сунутся.

Я огляделась. Начала ждать лучшего момента, чтобы перебежать улицу. Было очень страшно. Залпы пушек оглушали, а ядра с яростным грохотом врезались в соседние дома, поднимая кучу пыли и рассыпая осколки камней.

Глава 24

В какой-то момент кишащая воинами улица чуть опустела. По крайней мере опасных коричнево-жёлтых стало гораздо меньше, конница вторгшихся захватчиков продвинулась далеко вперед.