Уже начало темнеть. Мы с малышом-братцем так и сидели в амбаре. Я лишь перековыляла на сено, наваленное в углу, — тут было мягче. Прилегла на бок, старалась двигать раненой ногой как можно меньше. Боль чуть притупилась и уже не была такой сильной.

Поставила корзинку с малышом рядом, приоткрыла тряпицу. Брат всё так и спал.

Мы ждали его. Нашего спасителя. Я чувствовала, что ему можно доверять. Хотела попросить его отвезти нас к волхву Лесьяру в лес, как велела моя матушка.

Но воин в черном никак не возвращался.

Я прислушивалась к каждому шороху снаружи. Выходить боялась. Но с каждым часом мысли мои становились всё мрачнее.

А вдруг он не вернётся за нами? Вдруг его убили, и он сам ранен? А может, совсем забыл про нас?

Все эти мысли терзали существо девочки, в теле которой теперь я оказалась.

Я пыталась дремать, чтобы время быстрее летело, но моё сознание было встревожено и напряженно. Я боялась, что он не придёт, или придут те в жёлто-коричневых одеждах и убьют нас.

Когда совсем стемнело, в большом амбаре стало жутко.

Я уже сидела, видя, что брат заворочался и вот-вот должен был проснуться. И я не знала, что делать. Думала побыть здесь до утра, и если воин в черном не вернется, то как-нибудь сама с братцем поковыляю в лес, он вроде бы был неподалеку. Я видела очертания высоких сосен, когда всадник вез нас сюда. Потом надо будет отыскать тот самый заповедный дуб, о котором говорила матушка. А он рос неподалеку от дальнего капища Макоши на северной границе града.

Вдруг послышался шум, и я напряглась.

Скрипнула покосившаяся дверь, и кто-то вошел. Начал приближаться. Очень тихо, шаги едва были слышны. Я исступленно всматривалась в темноту, пытаясь хоть что-то разглядеть. И вдруг увидела очертания невысоких фигур.

— Кто здесь?! — испуганно выпалила я.

Пришлые точно не были похожи на высокого, широкоплечего воина, который нас спас.

— Царевна, не бойся! — раздался мелодичный женский голос, и на светлое место, освещенное ясной луной, вышла женщина в светлом плаще. — Мы друзья!

Рядом с ней стояла белая волчица и еще какая-то девочка лет десяти.

— Хорошо, что ты жива! — Женщина обратила взор на белого зверя. — Благодарю, Чаруша, что помогла отыскать ее.

Волчица чуть прикрыла глаза в знак согласия и быстро убежала прочь.

— Кто ты? — спросила я тихо.

Женщина приблизилась к нам совсем близко, стянула с головы капюшон. У нее были русые густые волосы и добрые глаза. Едва она взглянула на корзинку с младенцем по радостно произнесла:

— И царевич Милослав жив! Слава Богам!

— Кто ты? — повторила я вопрос, рассматривая доброе лицо женщины.

Ей было около сорока лет, среднего роста, русоволосая и жилистая.

— Ты не знаешь меня, Ярослава. Я хранительница из обители Макоши. Я пришла помочь тебе и твоему братцу укрыться от ворогов.

— Почему ты?

— Наше служение — в личной охране царской семьи. Наши сестры дают обет на это. Сегодня на наш храм напали, но я успела уйти.

Я недоуменно смотрела на женщину и только сейчас узнала ее. Это была Верея.

Точнее, это знала я, а девочка, в теле которой я была, теперь была слишком напугана и почти не понимала слов женщины.

— Твоя мать прислала голубя с запиской, что ее детям нужна помощь. Я поспешила во дворец… видела всё… мне очень жаль, царевна. Белая волчица сейчас привела меня сюда. Она сказала, что ты жива.

— Ты друг?

— Да.

— А это твоя дочь? — спросила Яра, в теле которой я была, указывая на светловолосую девочку, что пришла вместе с женщиной.

— Нет. Она сирота, послушница из нашего храма. В будущем она тоже станет хранительницей, — объяснила женщина. — Ярослава, пойдем со мной, я уведу тебя в безопасное место. Я спрячу вас с братом.

— Но матушка наказала мне идти к волхву Лесьяру в лес.

— Хорошо, мы пойдем туда, раз царица Лебедяна велела. Попросим благословения у старца и спросим, что нам делать дальше, — согласилась Верея.

— Но я не могу идти. Моя нога ранена, — ответила я, задирая подол.

— Жуткая рана. Надо найти лекаря, — озабоченно заявила Верея, встала на колени и осмотрела мою ногу. — Не переживай, я понесу тебя на руках. Янина возьмет корзинку с царевичем.

Видение прервалось, а я снова оказалась в своем теле девицы Ярославы. Так и сидела на сваленном сене в конюшне.

Значит, Верея не была мне матерью.

Она только укрыла меня, спрятала на долгие годы от чужих глаз, чтобы никто не мог отыскать меня. Она была только хранительницей.

Я была настоящей царевной, дочерью царей Динарии.

Но как получилось, что я всё это забыла?

Отчего Янину, сироту из храма, Верея выдавала за княжну, дочь царей? Наверняка для того, чтобы сберечь меня. Да, всё верно. Верея говорила, что должно прийти время для правды. Время, когда я смогу всем открыть, кто я на самом деле.