Я могла только представить, какую извращенную и мерзкую месть Ноа приготовил для меня...

— Если я перестану говорить, это не остановит его, — поддразнила Хоуп.

— Я думала, ты сказала, что он плохая новость, — огрызнулась я. — Держись от меня подальше?

— Тшш, кто я такая, чтобы говорить тебе, что делать. — Ухмыляясь, она наклонилась ко мне и прошептала мне на ухо. — Значит, Эш была в ванной и подслушала, как Элли разговаривает со своими друзьями.

— Я слушаю, — сказала я ей, наклоняясь ближе.

Хоуп усмехнулась. — Так что, я думаю, я знаю, почему маленькая мисс—сама—за—собственной—жопой так сильно на тебя настроена.

Приложив руку к моему уху, Хоуп прошептала: — По словам Элли, Ноа питает слабость к одной блондинке—ирландке по соседству.

Мои глаза расширились, и я повернулась, чтобы посмотреть на Хоуп.

— Он ненавидит меня, — пробормотала я. — Я разбила его машину... — Он поцеловал меня... — Он угрожал моей жизни...— А я укусила его... — Он сказал, что причинит мне боль, Хоуп. — А потом я пнула его по яйцам и укусила его еще немного... Я покачала головой в отрицании. — Если это слабое место, я бы не хотела видеть, как он обращается со своими врагами.

— Подумай об этом, Тигс, — взволнованно сказала Хоуп. — Это объяснило бы, почему Элли—змея была более ядовитой, чем обычно — она всегда была безумно ревнивой ко всем, с кем был Ноа. Это также объяснило бы, почему Ноа не отомстил тебе за то, что ты разбила его машину.

Пожав плечами, Хоуп добавила: — Ну, ты действительно сделала с ним что-то, детка. Кэм сказал, что это будет стоить минимум три тысячи, чтобы починить. И есть еще мелочь, что ты посыпала его мукой.

Я уставилась на нее. — Ты помогла мне это сделать.

Хоуп небрежно пожала плечами. — Я Картер.

Я на мгновение замерла с открытым ртом, прежде чем повернуть голову, чтобы посмотреть на Ноа.

— Тебе это кажется взглядом любви? — требовательно спросила я тихим голосом.

— Знаешь, что говорят, — размышляла Хоуп, наблюдая за Ноа, который сидел неподвижно, сжав кулаки и злобно глядя мне в лицо. — Ненависть — это самое близкое к любви.

— Спаси меня, — захныкала я, схватившись за ее рукав.

— Мисс Конолли! — Мисс Эндрюс сердито посмотрела на меня из передней части класса. — Учитывая твою неспособность достаточно долго сохранять самообладание, чтобы выполнить задание с мисс Картер, предлагаю тебе пересесть за другую парту и начать все заново с новым партнером.

Хоуп фыркнула, и я покраснела.

— Я сдержусь, — сказала я ей, прекрасно зная, кто сидит рядом с единственным свободным стулом в классе. — Я обещаю?

— Вставай, — отрезала она и указала на Ноа.

Медленно вставая, я позорно прошла через класс, и мои ноги тряслись, как листья плюща.

Когда я подошла к его столу, Ноа не сделал абсолютно ничего, чтобы пропустить меня, держа свой стул — и свое тело — раскинутыми, заставив меня перелезть через его колени, чтобы добраться до внутреннего места.

Класс взорвался волчьим свистом, и почему бы и нет? Это только выглядело так, будто я танцевала ему чертовски крутой танец на коленях. К тому времени, как я села, я была красная как рак.

— Итак…— Я прочистила голос и сосредоточила все свое внимание на своем столе. — Что ты собираешься делать после школы? — Я постучала ручкой по блокноту, отчаянно желая закончить задание, которое нам дала мисс Эндрюс. — Какую карьеру или колледж ты предпочитаешь?

Ноа не ответил мне, он просто продолжал смотреть, его карие глаза сверлили дыры в моем черепе. — Ноа, — прошипела я, поворачиваясь на сиденье, чтобы подтолкнуть его локтем. — Отвечай на чертов вопрос.

— Знаешь что, Торн, для того, кто любит играть в жертву, у тебя есть отвратительная маленькая привычка портить имущество, — тихо сказал он. — Ты становишься такой же плохой, как она.

Ой.

— Вы с Элли начали эту войну, — прорычала я. — Я ничего не сделала, чтобы заслужить твое дерьмо.

— Ты родилась, не так ли? — жестоко отрезал он.

— Ты придурок, — выплюнула я.

— Мисс Конолли. Мистер Мессина.

Мисс Эндрюс не выглядела впечатленной.

— Останьтесь после школы, — выплюнула она. — Вы оба.

Ноа пожал плечами, словно ему было все равно на весь мир.

Тем временем я закрыла лицо руками и молилась о смерти.

****

В английском языке было всего два слова, которые гарантированно заставляли мое сердце биться быстрее и мое тело гореть.

Два слова, которые, если их произнести последовательно, вселяли в меня страх перед богом и желание Афродиты.

К несчастью для меня, эти два слова только что вылетели из уст тренера Джонсона.

— Извините, тренер, — выдавила я, прежде чем прочистить горло. — Я не совсем правильно вас расслышала. Кто, вы сказали, мой напарник по сбору мусора? — Пожалуйста, будь кем—то другим, кем угодно… другим человеком. Пусть это будет мое воображение…