Оскалив зубы, я вцепилась в его лицо, как пиранья.

Ноа зарычал и попытался отстраниться от меня, но я не отпустила. Вместо этого я двинулась вместе с ним и в итоге оказалась на коленях на бампере моей машины, широко расставив ноги, тело Ноа приклеилось к моему, его руки обхватили мое горло, а мой рот прижался к его подбородку. — Отпусти, — прорычал он.

— Н..нет, — прошипела я в ответ, сомкнув челюсти на его подбородке. Я знала, как это выглядит, я знала, насколько я сумасшедшая, но все равно не могла остановиться.

Ноа зарычал, буквально зарычал как животное, и я действительно думала, что он собирается причинить мне физическую боль, но затем он сделал что-то совершенно неожиданное.

Он опустил руки на мою задницу и поднял меня.

Инстинктивно я обхватила его ногами за талию, и мы двинулись.

Ноа двинулся с такой скоростью, что у меня перехватило дыхание, когда я ударилась спиной о входную дверь моего дома. Затем он сделал то, что раньше делал только один парень. Ноа просунул руку между нашими телами и скользнул рукой в мое нижнее белье.

Затем он обхватил меня, всю меня, глаза были прикованы к моим, темные и опасные, и я почувствовала... о боже, я почувствовала...

Мои глаза затрепетали, когда он просунул два пальца внутрь меня, медленно вытаскивая свой подбородок из моего рта, прежде чем заменить его своим языком. Я вздохнула ему в рот, и мои руки сами собой обвились вокруг его шеи.

Он целовал меня.

Ноа Мессина...Ой.

Ублюдок...

— Если ты когда—нибудь снова меня укусишь, — прорычал Ноа, поставив меня на ноги и отступая, глаза его горели и были полны... ненависти... страсти? Я не могла сказать. — Я сделаю больше, чем просто вставлю в тебя пальцы.

Я ничего не могла сделать, кроме как тупо смотреть и касаться пальцами пульсирующей губы. ****

ГЛАВА 9

Тиган

Школа была пыткой на весь следующий месяц. Большинство учеников пялились на меня и шептались об инциденте на парковке. Я игнорировала их взгляды, как могла, умудряясь не высовываться и, что удивительно, держать рот закрытым.

Я не могла сосчитать, сколько раз за последние несколько недель мне в лицо совали телефон — видео, где я бью Ноа гитарой, стало огромным хитом.

У одного парня даже хватило смелости попросить у меня автограф. Видимо, половина школы назвала меня крутой за то, что я бросила вызов печально известному Ноа Мессина, а другая половина — сумасшедшей. Честно говоря, я, вероятно, была немного и той, и другой.

Олицетворение одиночки было моим последним методом преодоления трудностей, и единственным человеком, с которым мне было комфортно находиться рядом, была Хоуп, которая была благородным другом, не упоминая ни о каких моих предыдущих сатанинских выходках.

Но воспоминание о Ноа в ночь Хэллоуина заставило меня покрыться горячим, влажным потом. Прошли недели, а я все еще не могла прийти в себя. Он поцеловал меня, а затем разбил мою гитару, прежде чем вставить свои пальцы в мое тело...

"Я сделаю больше, чем просто вставлю свои пальцы в тебя..."

Я чувствовала, что разрываюсь пополам, потому что, когда я думала о Ноа, мой мозг поднимал огромные, гигантские, огромные красные флаги, но мое тело... мое тело было совершенно распутным, когда дело касалось мыслей о Ноа.

Мне удалось избежать неприятностей в течение следующего месяца — это было до тех пор, пока я не вышла на урок физкультуры — за исключением Хоуп, которая притворилась, что у нее болит голова, чтобы уйти с урока — и не увидела кого—то, от кого у меня закипала кровь и билось сердце.

Ноа стоял на краю поля, а его окружала толпа девушек.

Он выглядел как обычно раздраженным, демонстрируя свои татуировки в серой рубашке без рукавов, мускулистые ноги в спортивных шортах, а татуировка волка на его ноге выглядела свирепее, чем когда-либо.

Ноа уделял одной брюнетке все свое внимание, вытянув руки над головой и улыбнувшись ей сверху вниз.

Меня охватила ревность, и я замялась.

Что, черт возьми, я чувствовала?

Я не ревновала.

Я ненавидела его.

Лейтон, который подошел и встал рядом со мной, заметил мое напряжение. — Ты в порядке, Тиган?

Я подняла глаза на Лейтона и не увидела ничего, кроме любезности в его золотистых глазах.

— Как думаешь, я бы отделалалась снижением дееспособности, если бы убила его?

— Не обращай на него внимания, — усмехнулся Лейтон, обнимая меня за плечо и ведя на поле. — Он не стоит того, чтобы из-за него расстраиваться.

Ноа, словно почувствовав, что мы говорим о нем, посмотрел в нашу сторону, и взгляд его был полон чистой ярости.

— Да, я как раз собираюсь…— пробормотала я, позволяя своим словам затихнуть, и я побежала, молча благодаря небеса за то, что сегодня была легкая атлетика. Хороший изолированный вид спорта, и я была быстрой.