Ему нравится делать это быстро и жестко. Он уже говорил это несколько раз.

— Не слишком, — в ответ говорю я и улыбаюсь.

— Хорошо, — соглашается он, как будто действительно имеет это в виду.

Я не хочу разочаровывать его или вызывать у него подозрения. Так что я еще немного опускаюсь на него. Такое ощущение, что мою вагину разрывают на части. Но я сдерживаю стон боли и утыкаюсь головой в его плечо.

Нолан отвечает, обхватывая меня руками, и мягко двигает бедрами в стороны.

Это приятно. Боль отступает, и то, как он двигается, заставляет меня выгнуть спину. Каким-то образом он задевает мой клитор.

— Тебе нравится? — спрашивает Нолан, когда тихий стон наполняет комнату.

— Да. — Я даже не узнаю свой голос. Мой разум переполнен удовольствием.

Я еще немного опускаю бедра. Покрываю его, как девушка, писала в своем посте. Я чувствую контроль. Словно именно я тут командую.

— Двигай бедрами вместе со мной, Айви. Да, — говорит он, когда я отвечаю. — Вот так. Ты сводишь меня с ума своей медлительностью.

Но мне нравится. Все идеально. Теперь я привыкла к его толщине. Ощущение растянутости уходит. Я действительно наслаждаюсь.

— Я бы хотел перевернуть тебя, Айви. Уткнуть лицом в матрас. Я бы жестко вбивался в тебя. Я бы так сильно дернул тебя за гребаные волосы, откинул твою голову назад так далеко, что тебе пришлось бы смотреть мне в глаза, а другой рукой держал бы тебя за горло. Я бы целовал твой рот, пока ты кончала бы на моем члене.

Я чувствую, как нарастает мой следующий оргазм. Я сбита с толку всем этим. Тем, как Нолан со мной разговаривает. Что он со мной делает. Все именно так, как я и думала. Он — в постели все. Все, чего хочет девушка.

— Кончай, Айви. Кончай прямо сейчас.

Я так и делаю — кончаю. Я кончаю, и он прижимает меня к себе, заставляя чувствовать себя так близко к нему. Я кусаю его за плечо, когда волна удовольствия заставляет меня содрогнуться. Я жду, что и он кончит тоже. Но Нолан этого не делает. Он не останавливается, его бедра так и не прекращают движения. И прежде чем я успеваю это осознать, мужчина проникает в меня глубже. Тогда я понимаю, что он не был во мне полностью... но теперь он внутри.

Я кричу от боли, но все, что слышит Нолан — это удовольствие от моего оргазма. Потому что он тяжело дышит мне в ухо, повторяя: «Да, да, да». Снова и снова. А потом останавливается.

— Моя очередь, Айви.

Нолан переворачивает нас, его сокрушительный вес вдавливает меня в кровать, но все, о чем я думаю, это облегчение от того, что он не вонзает в меня свой член.

Секунду спустя я лежу лицом вниз на матрасе, его грудь сильно прижата к моей спине. Его рот на моей шее сзади.

— Сейчас ты увидишь, как я это делаю. Никакого мягкого дерьма, Айви. Мне нравится, когда все жестко. И когда я закончу, тебе тоже понравится делать это жестко.

Он хватает меня за волосы, дергая мою голову назад, именно так, как говорил ранее.

Сильно тянет, заставляя меня поднять глаза к потолку. Я концентрируюсь на этом, когда он толкает свой член обратно в мою киску.

Я снова кричу, боль пронзает мое тело.

— Черт возьми, да, — говорит Нолан, его лицо теперь нависает над моим. Скрывая вид на потолок. — Кричи, Айви. Мне нравится, как ты кричишь.

Он трахает меня. Жестко.

И когда он уже готов, выходит, срывает презерватив, переворачивает меня на спину.

— Открой свой гребаный рот.

Я делаю это автоматически. Как будто я нахожусь под каким-то заклятием. А потом Нолан кончает мне на лицо, язык, волосы.

Когда он заканчивает и падает на меня сверху, я хрюкаю и пытаюсь вырваться, но мужчина обхватывает меня руками.

— Это еще не все. Позже, когда я не буду таким сонным и довольным, мы сделаем это снова.

Я плачу в подушку, липкая и мокрая от его оргазма. Я вытираю столько, сколько могу о наволочку, а потом просто лежу неподвижно, пока проходят часы. Я не засыпаю до тех пор, пока сквозь закрытые жалюзи не пробивается луч света.

Мне кажется, что я едва закрыла глаза, когда Нолан поднимается и идет в ванную. Я переворачиваюсь и смотрю, как он исчезает внутри, затем перебираюсь на другую сторону кровати, чтобы у него не возникло никаких спонтанных идей о том, чтобы трахнуть меня снова, когда вернется. Я делаю вид, что сплю. Я крепко зажмуриваюсь и начинаю тяжело дышать.

Нолан возвращается через несколько минут, но не присоединяется ко мне в постели. Я чувствую волну облегчения. Я не смогу заняться с ним сексом снова. Никогда. Он — это слишком. Чересчур много. Прошлой ночью было очень больно. Это стерло все то, что мне понравилось. Я никогда больше не буду заниматься сексом. Мое влагалище необратимо повреждено.

— Какого хрена, Айви? — раздраженно спрашивает Нолан. — Почему ты не сказала мне, что у тебя месячные? Я бы постелил полотенце.

— У меня не… — Я обрываю себя, понимая, что на кровати. Кровь. Доказательство моей лжи.