— Что ты...

Она снова прижимает лезвие к моей шее, и ее голубые глаза сверкают.

— Ты кончил мне в рот, а теперь я кончу в твой. Вылижи меня.

Приказ, слетевший с ее губ, заставляет мой член дернуться. Я ухмыляюсь под маской. Хорошо, что мои губы скрыты. Она может и передумать, если узнает, что приказ съесть ее киску - это не наказание.

— Что ты со мной сделаешь, если я этого не сделаю?

Она сильнее прижимает лезвие к моему горлу. Я морщусь от укола. Да, порежь меня. Заставь меня истекать кровью. Сделай мне больно. Заставь меня почувствовать хоть что-то.

— Я позабочусь о том, чтобы ты больше никогда и ни во что не смог засунуть свой член.

Я усмехаюсь.

— По крайней мере, позволь мне трахнуть им твою киску, прежде чем ты его отрежешь.

Боже, я, блядь, не могу дождаться, когда почувствую, как ее тугие стенки сжимаются вокруг меня.

Прежде чем она успевает запротестовать, я хватаю ее за бедра и притягиваю к себе. Она вскрикивает, нож втыкается в меня, и струйка крови стекает по горлу. Но мне плевать на боль, я просовываю руку между ее ног и нахожу обнаженную киску. Без трусиков.

Из моего горла вырывается рычание. Мои яйца в джинсах болят, отчаянно желая излить в нее каждую каплю моей спермы.

— Не останавливайся, пока я тебе не скажу. — Ее голос хриплый от желания.

— О, демон. — Мой маниакальный смех заставляет ее напрячься. — Я не остановлюсь, пока твои соки не потекут по моему подбородку.

Прежде чем она успевает сказать еще хоть слово, я приподнимаю маску ровно настолько, чтобы обнажить губы, и просовываю лицо между ее ног. Моя маска прижимается к ней, когда мой язык начинает скользить между ее мягкими половыми губами.

Ее сладкое возбуждение заполняет мои вкусовые рецепторы, и я не могу сдержать стон. Она прерывисто дышит, сжимая в кулаке мои волосы.

— Да.

Это ее месть. Заставила меня встать на колени после того, как я заставил ее встать на свои. Самая сладкая месть, которую я когда-либо пробовал.

Мой язык снова проводит по ее щелочке, пока я не нахожу ее чувствительный, набухший клитор. Ее бедра подрагивают рядом с моей головой.

— Хороший мальчик, — протягивает она. Как будто это она контролирует ситуацию, потому что у нее в руках нож.

Но это мой язык между ее ног превратил ее в мокрое, трепещущее месиво. Может, я и стою на коленях, но это она поклоняется мне.

Я высовываю язык и изо всех сил щелкаю ее по клитору, чтобы наказать ее. Ее хватка на моих волосах усиливается, когда она вскрикивает. Я заставлю ее кончить так сильно, что она пожалеет о каждом слове, которое когда-либо произнесла, чтобы оттолкнуть меня. О каждом ударе кулаком или пинке, направленном в мою сторону. Я заставлю ее кончить так же сильно, как она заставила меня кончить той ночью в лесу. Тогда она пожалеет, что заставила меня встать на колени, потому что никогда не сможет забыть, как хорошо я заставил ее чувствовать себя.

Я натягиваю маску обратно на губы, чтобы голос оставался искаженным.

— Такая влажная для меня.

Она приставляет нож к моему горлу. В качестве напоминания.

— Прекрати болтать.

— Но ведь именно это тебя и заводит, не так ли? Слушать, как я рассказываю тебе обо всем, что хочу с тобой сделать. — Я провожу пальцами по ее влажности, и она стонет. — Слышать, как я называю тебя своим маленьким демоном. Своей плохой девочкой. Как я хвалю тебя за то, как сильно ты заставляешь меня кончать.

— Н-нет, — выдыхает она, — твой голос не оказывает на меня никакого эффекта.

— Тогда почему твои соки уже стекают по моему подбородку, хотя я еще не заставил тебя кончить? — Я снова поднимаю маску и не утруждаю себя тем, чтобы стереть ее возбуждение. Я хочу чувствовать ее вкус еще долго после того, как она оторвет свою киску от моего рта.

Она трется о мое лицо. Безмолвный приказ. Я бы рассмеялся, если бы это не было так чертовски сексуально. Мои руки тянутся вверх, чтобы сжать ее невероятную попку, пока она скользит своей киской по моему языку.

Ни одна девушка никогда раньше так не терлась о мое лицо. Обычно я даже не утруждаю себя вылизыванием их кисок. Все, о чем я забочусь, - это чтобы мой член оказался внутри дырочки. Но я бы позволил Джульет скакать на моем лице хоть целый час, если бы она этого хотела.

Когда ее влага начинает стекать по моей шее, я больше не могу себя сдерживать. Я набрасываюсь на ее клитор, всасывая набухший узелок в рот. Она бьется в конвульсиях и вскрикивает.

— Блядь!

Я проникаю в нее пальцем, затем еще одним. Ее тугие стенки сжимаются вокруг них, - она уже на грани оргазма. Сколько оргазмов я смогу подарить ей, прежде чем она потеряет сознание? Как только ее тело больше не сможет это выносить, я вставлю в нее свой член и буду жестко трахать ее до тех пор, пока она не очнется от очередного оргазма.

— Не останавливайся, — выдыхает она.