За гвардейцами плелась пехота, и вот тут картина была хуже. Двоих несли на связанных из жердей носилках, еще нескольких вели под руки, а замыкали колонну те, кто шел сам, но выглядел так, будто это ненадолго.

Королевские солдаты у костра подняли головы, проводили колонну взглядами и вернулись к своим мечам. Ни один не встал, никто не подошел, и Кральд даже не удивился, ведь удивляться тут действительно особо нечему.

Дисциплина и субординация, приказа помогать не поступало, а без приказа эти ребята не пошевелятся. Обучены стоять в строю, выполнять команды и ни в коем случае не проявлять инициативу, все-таки инициатива в королевской армии наказуема, а ее отсутствие зачастую очень даже поощряемо.

Впрочем, даже если бы приказ поступил, чем они помогут? Кральд окинул взглядом ближайший десяток и мысленно в очередной раз оценил то, что увидел. Пехота набрана из деревень и отдаленных городков, молодые крепкие парни, но держат мечи так, будто вчера взяли их в руки впервые.

Может и не вчера, конечно, может, за пару месяцев до отправки их погоняли на плацу, научили тыкать в соломенное чучело и строиться в шеренгу. Этого хватит, чтобы красиво смотреться на параде, и недостаточно, чтобы продержаться хоть минуту против стаи под контролем жил.

Стрелки сидели отдельно, под навесом из вощеной ткани. Луки стояли рядком у опорного столба, полные колчаны рядом. Кральд посмотрел на них и отвернулся, потому что на стрельбище эти молодцы, наверное, даже попадают в мишень, а вот в зверя, который несется на тебя со скоростью лошади, попасть куда сложнее. Не говоря уже о том, что стрелять придется когда руки трясутся от страха.

С рыцарями и того забавнее, но в плохом смысле этого слова. Молодые отпрыски столичных домов разбили собственный лагерь чуть поодаль, и оттуда доносился запах жареного мяса и отголоски громких голосов. Кральд и туда глянул мельком, хотя смотреть особо не на что.

Те сидят в отдельном лагере, пируют, может и вино нашли где-то, с них станется. Доступ туда закрыт, мол, благородные воины отдыхают, и попробуй возрази, когда у каждого из этих юнцов фамилия длиннее, чем послужной список.

Так-то понятно, зачем их прислали, можно даже не объяснять. Папаша отправил кого-то из младших сыновей понюхать пыли, привезти домой пару трофеев в виде шкур или зубов, и потом при дворе за ужином рассказывать, как молодой барон лично сразил страшного лесного зверя и защитил целый регион, пока деревенские убегали в страхе. Для этого зверь должен быть заранее убит кем-то другим и аккуратно подложен под благородный клинок, но такие подробности в застольных рассказах обычно опускают.

Молодец, король, прислал подкрепление. И ведь не докопаешься, формально всё по уставу. Отрядов пехоты ровно столько, сколько обещали, рыцари есть, стрелки имеются, претензий по численности нет. Только вот у короля под рукой есть и другие войска, настоящие, закаленные в пограничных стычках, которые не прекращались ни одного года за всё время правления.

Границы никогда не были спокойными, соседи лезут регулярно, и только постоянные бои рождают настоящих солдат. Эти солдаты есть, и король о них знает, но прислал не их, а вот этих. И причины Кральду прекрасно понятны, пусть от этого понимания и не легче.

Донесение о ситуации на севере уходило наверх по цепочке, и каждое звено этой цепочки сидит на своем теплом месте, ест досыта, спит в мягкой кровати и делает всё, чтобы на этом месте остаться. Разведданные о том, что из леса надвигается организованная армия жил, к королю дошли наверняка в формулировке «деревенские жалуются, что им докучают звери».

Может, и не настолько криво, но суть та же, кто-то смягчил формулировки, кто-то убрал пугающие подробности, чтобы не показаться паникером и не вызвать неприятных вопросов сверху. А дальше король принял решение, и решение по-своему правильное, послать помощь. Он ведь хороший правитель, заботится о подданных, власть его безусловна, и земли свои бросать не намерен. Вот только приказ на отправку, спускаясь обратно по цепочке, тоже претерпел изменения, и каждый следующий командир отдавал что победнее, оставляя лучшее при себе.

Другого объяснения происходящему Кральд попросту не видит. Верить в то, что кругом одни дураки было бы наивно. Скорее всего всё гораздо хуже, вокруг достаточно умные и расчетливые люди, каждый из которых преследует свои интересы и не собирается рисковать карьерой ради каких-то северных деревень.

Кральд обернулся и уже в который раз пересчитал своих. Гвардейцы все на месте, сорок бойцов, никто не пострадал серьезно, но вымотались до предела. Он гонял их без передышки с первого дня, и каждое столкновение ложилось в первую очередь на них, больше не на кого. А вот пехота, которую выделил лорд, понесла потери. Только в этой стычке четверо остались лежать, и еще девять раненых, из которых трое встанут на ноги через неделю в лучшем случае, а шестеро, скорее всего, никогда не вернутся в строй.