Пантера раскидывала лапой остальных чудовищ. Вот зверь быстро развернулся и ударил задней лапой одного из нападавших. Тот отлетел в темноту, кувыркаясь в воздухе, и рухнул на асфальт у мусорных баков. Парень в плаще тут же подскочил к нему и одним взмахом меча отсек лысую сморщенную голову. Тело тут же взорвалось, и все рассыпалось пеплом.

Вскоре с монстрами было покончено.

Пантера огляделась по сторонам, а затем бесшумно метнулась в сторону и растворилась во мраке.

Незнакомец в черном плаще накинул на голову широкий капюшон, затем глянул на Женю и коротко сказал:

– Мне жаль.

В следующий миг он сунул меч под плащ и тоже пропал во тьме.

Женя даже не услышала звуков его удаляющихся шагов. Покачиваясь, она встала на ноги и в ужасе огляделась. Синяки и ссадины дико болели, но сейчас это беспокоило ее меньше всего. В свете горящих фар опрокинутого лимузина девушка увидела распростертых на асфальте людей, вернее, то, что от них осталось. Женя не могла оторвать взгляда от разорванных тел, едва узнавая в них телохранителей, водителя и самого Александра Васильевича…

Девушка издала душераздирающий вопль. Дед мертв, в этом не могло быть никаких сомнений. Люди не способны выжить в таком состоянии. Камера ее телефона все еще работала, снимая происходящее, но Женя об этом уже не помнила, сжимая трубку негнущимися пальцами.

Где-то вдали выли полицейские сирены. Женя не знала, едет ли полиция сюда или несется мимо. С наступлением темноты в Санкт-Эринбурге постоянно происходило что-то опасное и пугающее. Но Тихомировой и в голову не приходило, что однажды что-то может случиться и с ней.

Девушка рухнула на колени возле растерзанного тела своего дедушки и громко зарыдала.

Глава 5. Спасительная тишина

Следующие несколько часов Женя Тихомирова провела как в тумане. Она выжила в чудовищной резне, но, казалось, полицию это мало волновало. Пришлось долго отвечать на всевозможные вопросы, сидя в тесной комнате для допросов в полицейском участке. Женя слегка заикалась и никак не могла унять сильную дрожь, не столько от потолочного кондиционера, работающего на полную мощность, сколько от пережитого потрясения.

Она потеряла любимого деда, стала свидетелем смерти нескольких человек. Но следователь, который беседовал с девушкой, смотрел на нее как на круглую идиотку и не верил ни единому ее слову.

Пока мать и тетя ехали в участок, полиция уже сделала собственные выводы о случившемся. По их официальной версии, на деда и его людей напали какие-то животные. Возможно, стая бродячих бешеных собак. Состояние тел это подтверждало – их словно рвали когтями и клыками. А выжившей девчонке от страха померещилось невесть что.

Услышав это, Женя была возмущена до предела. Она сто раз повторила следователю, что это были люди или кто-то похожий на людей; она отлично запомнила этих монстров. Но ей никто не верил, даже собственная мать, наконец-то прибывшая в полицейский участок.

София Тихомирова практически влетела в комнату для допросов и крепко обняла заплаканную дочь. С ее появлением следователь начал вести себя гораздо более сдержанно и не так нагло, как всего несколько минут назад. Во всяком случае, он представился – Николай Марданов. Женя не могла припомнить, называл ли он до этого свое имя.

– Бродячие животные, других гипотез у нас нет, – повторил Марданов, сочувственно глядя на Женю. – Вам просто не повезло.

– Вы меня вообще не слушаете?! – с отчаянием воскликнула Женя.

– Напротив, я очень хорошо вас расслышал. Монстры, похожие на людей. И куда же они потом делись, позвольте спросить?

– Их порубил мечом парень в черном плаще с капюшоном.

– Да-да, – усмехнулся следователь Марданов. – Которого сопровождала черная пантера. И что же, они забрали тела монстров с собой?

– Нет, тела просто… рассы́пались.

Женя и сама понимала, что несет полный бред. Только это было правдой!

– Надо же, как удобно, – хмыкнул следователь, встретившись взглядом с Софией Тихомировой. – Но вы же сами понимаете, что это невозможно?

– Должны были остаться кости, – неуверенно сказала Женя. – И пыль…

– Мы не нашли ничего подобного, – спокойно ответил Марданов, по-прежнему глядя на побледневшую Софию, будто искал ее поддержки. – Только тела погибших телохранителей, водителя и вашего отца. Никаких костей, отрубленных голов, черной пыли… Все это вам померещилось. Возможно, сказался шок.

– Но я видела их собственными глазами, – упрямо пробормотала Женя.

София обняла ее за плечи, и девушка ощутила, как сильно дрожит мать. Она примчалась прямо с благотворительного мероприятия, в шикарном платье с открытой спиной, с вечерним макияжем и стильной укладкой. В мрачном полицейском участке все это великолепие смотрелось дико и неуместно.

Женя понимала, что и сама выглядит несколько странно – в разорванном нарядном платье, бледная, вся в синяках и ссадинах. По ее щекам текли слезы, но она даже не замечала этого. Полное осознание случившегося должно было прийти позже, пока же ее лишь возмущало то, что ей никто не верит.