Чарли в последнее время часто смотрел телевизор и видел такие вещи постоянно, правда, внук утверждал, что это все постановка, но он ему не верил. Не хотелось бы и ему на старости, в свои семьдесят лет, оказаться с позором на центральном канале. Или все же хотелось? Как говорит его внук, черный пиар тоже пиар. Вот в его время такое не позволялось.

Все правильно, определился Чарли, пара только что познакомилась. Мужчина протянул своей спутнице бокал с шампанским, а она покачала головой и даже ладонь подняла в знак отказа; скорее всего, не пьет в принципе. Были бы они знакомы, мужчина этот факт непременно бы знал.

Таких, как он сам, выделяющихся из толпы, Чарли насчитал восемь человек. Кроме одиночества, браслетов и немного испуганного вида, у них не было больше ничего общего. Это были четверо женщин и четверо мужчин разного возраста: самым старшим среди них был сам Чарли, а самой молоденькой — рыжая девчонка в белом платье, с которой он хотел заговорить у входа.

Сейчас на нее с нескрываемым презрением пялился какой-то мажор. Почему Чарли сразу угадал его статус? Все очень просто: потому что парень был одет в спортивный костюм, усеянный не просто лейблами, а лейблами премиального класса, и стоила эта спортивная одежда тысяч триста, не меньше.

Чарли это мог говорить с полной уверенностью, потому что еще год назад работал охранником в ГУМе, где насмотрелся и на мажоров, и на их дорогущие тряпки. Пристроил его на эту работу директор цирка, пожалев старика, мыкающегося без работы. Обратно в цирк он его взять не мог, да и Чарли сам все понимал.

В ГУМе график посменный, чинно, красиво и главное — зарплата раз в пять выше, чем он получал клоуном. Чарли был сам по себе импозантен, а в дорогом костюме, что выдали тогда в бутике для работы, он вообще смотрелся не охранником, а солидным посетителем. Но год назад оттуда все же пришлось уйти из-за непутевого внука. Хорошо хоть по старой памяти и за хорошую работу в полицию тогда обращаться не стали, пожалели. Мечтающий стать блогером внук пришел к нему якобы поговорить, а сам заснял VIP-гостей в примерочной. Подставил Чарли, да и себя тоже, ведь жили они только на его зарплату.

В этот момент все экраны по стенам вдруг превратились в зеркала. Это тоже придало эффект бесконечно огромной толпы, а Чарли поразился фантазии устроителей. И тут же выругался, что назвал себя стариком. В отражении он увидел подтянутого мужчину в летах, с очень стильной бородой и внушительными усами, уложенными концами вверх.

«Пора и мне с кем-то познакомиться», — подумал он, подмигнув своему отражению, и все же пошел к рыжей девушке в белом платье: уж очень жалко она смотрелась, и ему захотелось поднять ей настроение. «Была не была, отошьет — пойду к грустной Леди Вамп за соседним столиком, что осушает уже третий бокал».

— Здравствуйте, прекрасная Алиса. С наступающим вас Новым годом, — сказал он, подойдя к девушке. — Давайте знакомиться.

— Я не Алиса, — ответила та смущенно. — Вы меня с кем-то перепутали. Я Лена, ой, то есть, Света.

— Так Лена или Света? — хохотнул Чарли, видя, как девушка чересчур сильно волнуется, и это его, если честно, тоже насторожило, как и громоздкие браслеты на их руках, как и танцующие люди, похожие на массовку. Вообще внутри зарождался непонятный страх, который здесь, на новогоднем празднике, был абсолютно необоснованным.

— Светлана, — ответила девушка, видимо, что-то для себя все же решив и выбрав нужное имя.

— Вы знаете, я когда-то читал своему сыну на ночь «Алису в стране чудес» и представлял, что она именно такая, как вы. Возможно, это были мои взрослые фантазии.

— А в детстве вы как ее представляли?

— Никак, — пожал плечами Чарли. — В детстве я не имел возможности читать такие книги. Они были не по карману моей матери. Вы дрожите?

— Просто замерзла. Не думала, что в зале будет так холодно, — неохотно призналась девушка.

Здесь действительно было прохладно, но Чарли этого не ощущал, потому как был в смокинге, а вот девица, в надежде, видимо, найти себе кавалера получше, выбрала не подходящее для такой температуры платье. Плечи у нее были оголены, а короткая и пышная юбка заканчивалась там, где только начинались ноги — в таких выступали цирковые наездницы. Воспоминания унесли его туда, где самая красивая девочка на свете скакала на лошади, и на сердце вновь лег тяжелый камень. Но он не дал им задушить себя, взял себя в руки и вновь заговорил:

— Есть два предложения, как согреться: потанцевать и выпить. Поделиться своей одеждой я, к сожалению, с вами не могу, потому как под смокингом фрачная рубашка, — развел руками Чарли, но, прочтя вопрос в глазах девушки, добавил: — Ну, это такая рубашка с голой спиной, где расположены лямки-резинки, чтоб перед не морщился. Мне холодно не будет, я, скажу не хвастаясь, на самом деле морж, но вот выглядеть стану отвратительно. Предлагаю поверить мне на слово и не проверять данный факт.

— А, нет, — воскликнула девушка, поняв наконец, о чем говорит Чарли. — Не стоит, давайте попробуем потанцевать.