— Про то, что лет через пять самой жить придётся, и вечно вокруг тебя скакать все не будут.

Эрик, чую, напрягся вместе с тарелкой, жена его тоже на диване заерзала. Ну, блядь, кто-то же должен сикне этой охуевшей мозги вправить. Припорола — ни здрасьте, ни хера. Зато глаза размалёваны и вид царский, как будто уже до хуя добилась.

Потом эти недобитые в офис ко мне притаскиваются и возмущаются, что за бабки оказывается делать что-то надо. Реально думают, что таким охуенным, как они, с рождения всё на башку должно сыпаться.

Я так уже второй месяц замену Тамаре ищу. Эта жучка, оказывается, втихушку на сайте знакомств год сидела и какого-то француза престарелого себе наслюнявила. С алкашом своим развелась и вместе со всем выводком переезжает в какую-то французскую деревню. Счастливая, блядь, до усрачки, что мою рожу больше не увидит.

— Мариэлла, поздоровайся с гостями и телефон убери, если обедать села, — Эрик пытается строго батю врубать.

Эта гашня разукрашенная скривилась вся и «здрасьте» прошамкала. Я вина побольше отхлёбываю, чтобы ещё сверху ей не навалить. Ещё не хватало с малолетками закусываться. Но, бля-я, была бы она моей дочерью, на пиздюлях бы каждый день летала, пока нормально вести себя не научилась.

А то нарастят прилипал, которым сопли подтирать надо, и куда их? Только в эти ролики, где говорящие сиськи рассуждают про то, сколько миллионов должен мужик зарабатывать.

Этой, видать, не понравилось, что её строить стали. Тарелку сгребла и встала.

— Я у себя пойду поем.

Мне аж дышать легче становится, отвечаю. Хуй знает, чего этот прицеп Эриковский меня так триггерит. Вот опять слово это ебучее ко мне прилипло. Триггерит, триггер. Эмма вечно меня им подъёбывает. Взбешусь, когда она меня по жопе хлопнет, а она тут же: «А почему тебя это так триггерит?» Да меня, блядь, не триггерит ни хуя. Просто не люблю, когда меня за жопу трогают. Я же не педик.

Только одна из-за стола сваливает, вторая подсасывается и прямо напротив садится. Если старшая выёбистая, то мелкая их, Ариэль, ебать какая шебутная. Спокойно вообще не сидеть не может, да ещё пиздит без остановки. Имена у них, конечно, хитровыебанные. У младшей запомнил, потому что порошок так называется, а у старшей даже не пытаюсь.

— Дядя Костя, привет! — лыбится мне. — Как у тебя дела?

— Нормально, — буркаю, чтобы не духарилась особо.

— У меня тоже всё хорошо. А ты знаешь, что я отличница?

Блядь, я же говорю: ни пожрать теперь, ни выпить не даст спокойно. С детьми самое херовое то, что на хуй их не пошлёшь. Нет, левых я бы послал, но тут вроде Эриковские, и мы в гостях.

— Круто. Поздравляю.

— А папа сказал, что если я буду отличница, то мы поедем кататься на слонах. Ты когда-нибудь катался на слонах?

Катался один раз, бухой в жопу. Меня три тайца кое-как сверху закинули, а потом спустить не могли. В итоге я так ебнулся, что потом блевал полночи. Давно, правда, было. Сейчас бы я уже хер на слона полез.

— А куда вы поедете кататься на слонах? — слышу голос Эммы и аж выдыхаю.

У неё с пиздюками детдомовскими опыта много. Вот пусть она с ней и говорит.

— Мы пока не решили, — мелкая важничает. — Либо во Вьетнам, либо в Таиланд. А ты теперь жена дяди Кости вместо Дианы?

Я чуть вином не давлюсь и на автомате на Эрика пялюсь. С хера это его мелкая мою личную жизнь за столом обсуждает?

— Нет, я не жена дяди Кости. Мы пока просто живём вместе.

— А почему не женитесь? Чтобы завести детей, надо жениться.

— Чтобы завести детей — жениться необязательно, — Эмма, чую, ржёт.

— Так мама сказала.

Тут я уже ржу в мыслях. Ой, блядь, чья бы пиздливая корова мычала. За Эрика-то она замуж выходила уже с икрой.

— Ты уж ему, пожалуйста, роди, — мелкая с претензией продолжает. — А то Диана не смогла, и они расстались.

— Ариэль, ты что такое говоришь! — Арина шипит. — Сейчас тебе папа сок нальёт и марш в свою комнату.

Я зубами скриплю и вино залпом глотаю. Вот не зря я всё-таки эту овцу не люблю. Потому что вместо башки у неё матка. Стопудово она дочерям ту же байду впаривает: что бездетные никому на хуй не нужны. Дура она и есть дура. Когда мужик реально телку любит, то похуй ему до остального. И без детей возьмёт, и даже с вагоном чужих.

6

Как только с Эриком в баню сваливаем от его сучьего выводка, сразу повеселее становится. Я жопу на лавку кидаю и бутылку белого откупориваю. Как же заебись Арину, наглаживающую пузо, перед собой не видеть.

Он мне сразу второй бокал сует: мол, плесни давай.

— Ты свою дозу вроде вылакал, — подъёбываю.

— Тяжело постоянно здоровый образ жизни вести, — кривится жалобно и совиньон жадно хлебает.