Пробежавшись глазами по отбитым на печатной машинке строчками, результатам анализов и приложенным протоколам глубинного сканирования, я сглотнула.

Внутри поднялась жалость к неизвестному мне дракону и герою империи.

Крепко ему досталось. Бедняга. И стоила эта империя того?..

— Ну и? — подняла брови я, стараясь выглядеть спокойно. — Чего ты от меня ждешь? Поврежден спинной мозг, отслойка второй ипостаси, частичная утрата зрения, потеря подвижности нижних конечностей, потеря левой руки, потеря магии… Это не пациент, это катастрофа с титулом. Не факт, что ему вообще можно помочь.

— Вот именно это тебе и предстоит выяснить.

— В столице целители закончилась? Почему я?

— Потому что ты лучшая! — рявкнул целитель Метьюз. — И потому что на тебя пришел запрос от самого императора. — Он вздохнул и продолжил уже спокойнее: — Должно быть, он узнал о тебе от сенатора Бивера. И теперь приказывает лечить этого дракона.

Ох, даже так. Видимо, этот инкогнито-пациент — большая шишка, раз о нем так печется сам император.

Внутри зашевелились нехорошие подозрения.

— Метьюз, я отказываюсь. Я ведь имею на это право?

Привет! Дорогие читательницы, постепенно начинаю рассказывать о книгах нашего моба "Несломленная". Если любите истории про героинь, которые сбегают прямо со свадьбы, заглядывайте к Алисе Князевой в историю "Попаданка для дракона. Опять в 25"

Я очнулась в теле знатной девицы, которая только что устроила скандал из-за свадьбы.

Жених — герой-генерал, но он вернулся с войны с увечьем. Невеста, то есть теперь я, в ужасе, а мачеха, ставшая причиной нашего обмена, и решившая прибрать к рукам всё моё наследство и приданное, лишь холодно заявляет: «Не хочешь замуж — катись на все четыре стороны».

Начинать с нуля? Пожалуйста. Без денег, связей, с клеймом строптивой невесты? Справлюсь.

И однажды вернусь в этот светлый кабинет. Не за милостью, а за справедливостью.

ЧИТАТЬ ТУТ

Глава 6

Повисла нехорошая пауза.

Метьюз прищурился, отчего его карие глаза стали похожи на двух злобных маленьких жучков.

По коже пробежал мороз, я почувствовала, как будто на плечи опустилось что-то тяжелое, и демонстративно выгнула бровь.

Решил надавить на меня магией?

Такое могло сработать год назад, когда я падала в обморок от двигающихся указателей на улицах и сканеров-артефактов, работающих точнее МРТ, а сейчас я уже освоилась, привыкла к тому, что я и сама своего рода магичка — и давно перестала пугаться таких штучек.

— Давай подумаем, — подался Метьюз вперед. — Когда ты год назад появилась на пороге моей больницы и попросила тебя нанять — я пошел тебе навстречу! Хотя не должен был! Зачем мне была еще одна практикантка, которая даже не умеет пользоваться отражательной сферой?! Не говоря уже о том, что…

— И часто ты жалел о том, что меня нанял?

Тут он не нашелся с тем, что ответить. Нет, жалел он наверняка часто! Когда та самая “практикантка”, нанятая им из жалости, вдруг начала учить маститых целителей, как правильно родину любить.

Первые несколько месяцев в мире я только привыкала к тому, как все устроено. Знакомилась с сыном. Уживалась с новообретенной матерью, к которой с позором вернулась после развода: в родном мире родителей у меня не было, так что опыт получился… интересным.

Воспоминания Амелии возвращались постепенно, а с ними — и умение пользоваться магией, и знания, которые она получила за годы учебы на целительском факультете.

Конечно, лучше всего она запомнила из тех времен форму задницы (и, ладно уж, разрез глаз) ректора Ашера, но кое-какие крупицы знаний у нее сохранились.

Работая в больнице, я замечала, что местные целители целиком и во всем полагаются на магию. А как на нее не полагаться, если она может срастить перелом за неделю?! Настоящая… магия, да!

Сначала я была этим очарована, а потом стала замечать недостатки — и активно с ними бороться.

Началось все с мистера Рипли. Вернее, с его жены, которая пришла к нам на прием, растолкав всех, кто ждал очереди в коридоре. Приземистая и бойкая, она с порога рявкнула: “Сделайте что-нибудь! Целитель! Он еле ходит! И — не говорит!”

Я тогда помогала Метьюзу уже несколько месяцев и без труда вспомнила, что случилось с ее мужем: ишемический инсульт, паралич нижних конечностей, головные боли.

Метьюз вздохнул и потер лоб.

“Вы же понимаете, что я ничего не могу сделать? Нейро-артефакт у нас сломан, новый доставят только на следующей неделе. Давайте я пока выпишу вам талон на тонизирующие процедуры, а там…”

“А там они не помогут”, — сказал я, не удержавшись.