Центральная больница.

Всплеск воспоминаний чуть не захлестнул меня с головой.

Роскошная палата, долгие мучительные часы в одиночестве, постоянная боль от уколов и процедур.

Неужели мы с сестрой поменялись местами?

Я горько хмыкнула. Для этого врачей должна была подкупить я и приказать им травить Мэй потихоньку, но до смерти. Чего, естественно, делать не собираюсь.

Скорее это всего лишь трюк, чтобы пробудить во мне сочувствие, а заодно избавить Мэйсин от обвинений. Пусть доказательств у меня немного, но отцу продемонстрировать глубину падения младшей дочери вполне хватило бы.

Теперь же он и слушать не станет.

Будет выглядеть как жалкие оправдания, чтобы не брать на себя ответственность за содеянное. Как же, сестра несчастная пострадавшая, а я — злыдня, оговаривающая святую невинность.

Не дожидаясь продолжения обвиняющих речей, я выключила телефон и устроилась на диване, завернувшись в одеяло. До тех широких и мягких, что Байлин установил в столичном номере, этот не дотягивал, но на пару ночей сгодится. Идти в спальню, под бок к жениху, я точно не собиралась.

Завтра сразу же по завершении первого дня выставки и правда стоит вернуться в столицу. Глянуть, как там сестра, продемонстрировать всем окружающим свою заботу и тревогу, а заодно проследить, чтобы она не пыталась меня закопать в обвинениях. Пустить слух о том, что наследница Хидье не выдержанна и склочна, проще простого, а опровергнуть его будет нелегко.

За окном было темно и тихо, только где-то далеко внизу шуршали галькой набегающие волны. Под убаюкивающий шум я задремала, но при первом же шорохе из спальни подскочила, будто не спала вовсе.

Жених выглядел вялым, глаза чуть припухли, но в остальном отравление вроде бы обошлось без последствий.

— Как ты? — поинтересовалась я, опасливо присаживаясь в изножье, подальше.

Поближе в данной ситуации может быть расценено как провокация.

1-3

Байлин с трудом повернул голову и нашел мою ладонь своей. Ничего дерзкого — обычное успокаивающее прикосновение.

— Бывало и получше. Но терпимо, — поморщился он, видимо, звук провоцировал головную боль. И прищурившись, вгляделся в мое лицо. — Что-то произошло, пока я был в отключке?

Насколько хорошо он успел меня изучить, что даже в полумраке считал смятение и тревогу!

— Мне хватило тебя, — хмыкнула я, уходя от прямого ответа.

Успею еще про сестру рассказать. Пусть пока отдохнет, до завтрака есть время.

Но от Байлина так просто не отделаться.

— Я слышал телефон, но ответить не было сил. Что-то срочное?

— Да, твой помощник звонил, — спохватилась я. После вестей о травме Мэй все остальное как-то померкло и вылетело из головы. — Сказал, есть что-то по расследованию. Насчет моей матушки…

Я сглотнула подступивший к горлу комок.

Байлин завозился, поднимаясь повыше, в сидячее положение. Я поспешила помочь и поправить ему подушку на чистом автопилоте — слишком часто делала это сама и помнила, как раздражает, когда у тебя что-то болит,подыскивать опору на ощупь.

— Иди сюда. — Жених похлопал по простыне рядом. — Так будет удобнее разговаривать. Мне тяжело держать глаза открытыми, а когда собеседник напротив, оно как-то подразумевается.

Он протяжно зевнул, прикрываясь рукой, и виновато ухмыльнулся.

— У противоядия есть не слишком приятный побочный эффект. После него за руль нельзя как минимум сутки, рискуешь заснуть. Но пока что мы вроде бы никуда не собираемся, верно?

Я нахмурилась, высчитывая время. Хотелось бы выехать после закрытия, часов в семь вечера. Я вполне могу и сама вести машину, но доверит ли мне Байлин свою? У некоторых мужчин на этот счет пунктик.

Жених расценил мою задумчивость иначе. Напрягся и замер, сосредоточенно глядя на меня:

— Я тебя не напугал? Прости, не сдержался, но вовсе не из-за проклятой отравы. Сам давно хотел… А ты так завлекательно пахла. Извини.

— Не извиняйся. Я позволила все это, — решительно заявила, устраиваясь под боком Байлина. Его рука тут же по-хозяйски обвила мои плечи, притягивая еще ближе. — Неужели ты думаешь, если бы я этого не хотела, ты бы сумел ко мне прикоснуться?

Бравада чистой воды. Против сильного, опытного воина, которым был Байлин, я не продержусь и секунды даже вооруженной. Но неприятному человеку сопротивлялась бы точно до последнего.

— Ты рискуешь, — пророкотал Байлин неожиданно низким, хриплым голосом.

Я и сама поняла, что разговор свернул не туда и у нас есть все шансы продолжить вчера начатое.

Это было бы приятно и очень увлекательно, но следует все же подождать свадьбы. Да и дел у нас обоих сегодня невпроворот.

— Больше не буду, — поспешно заверила я жениха, пытаясь отодвинуться на безопасное расстояние.

Он не отпустил, но и поползновений никаких не предпринимал.

Похоже, ему до сих пор не так уж хорошо, как он пытается показать.

— Насчет Мэйсин…