Алекс касается губами моих волос на макушке, я чувствую его горячее дыхание. Большая мужская ладонь по-хозяйски поглаживают моё бедро сквозь ткань штанов.

Поворачиваюсь и кладу голову ему на грудь, закрываю глаза. Это так интимно, что даже не дышу несколько долгих секунд!

В его руках мне спокойно, будто качаюсь в тёплых волнах нежности.

Минут через двадцать под занудные речи Гермионы начинаю дремать. Но уголком сознания замечаю, как Александр укрывает нас обоих пледом. Как его пальцы пробираются мне под кофту и начинают круговыми движениями гладить голую кожу на спине.

— Мила… — Он негромко окликает.

Поднимаю голову, чтобы посмотреть на него… и получаю поцелуй!

Поначалу Алекс просто прижимается своими губами к моим. Убедившись, что я не вскакиваю и не несусь прочь, усиливает напор — проникает языком в мой рот.

Я теряю рассудок от этой ласки! Здесь же дети! Хоть они с пола и не видят ничего…

Пока все смотрят телек, мы в сторонке на диване целуемся, как озабоченные подростки. Минуту, другую, третью… Алекс шарит своими наглыми лапами по моему телу, задирая и сдвигая все препятствия на своём пути. И я ему это позволяю!

— Андрюш… — шепчет Соня. — Может, отнесёте мальчиков по кроватям? Они спят уже.

Марк нехотя встаёт, потягиваясь. Алекс тоже поднимается, подложив вместо себя подушки. Они втроём берут на руки сонных детей и уносят наверх.

— Как мне надоели эти фильмы, — зевает Саша. — Но ничего не поделаешь, традиция. И Матвей их обожает.

— Мои тоже, хоть и не понимают ещё ничего, — соглашается Соня. — Кстати. Помнишь, ты говорила, что вы оцифровали старые кассеты. Может, какую-нибудь запись посмотрим?

— Точно, да!

Пить хочется. Не рискую наливать себе сок или холодный чай, поэтому иду за водой на кухню.

Когда возвращаюсь, застаю девочек у экрана.

— Это Марк? Нет, это Андрей. Стоп! Или всё-таки Марк? А это кто…

Видео не очень хорошего качества. На нём дети, мальчики и девочки разного возраста, открывают подарки у новогодней ёлки.

— Мила, ты только посмотри! Какие милые!

— Это маленькие Андрей и Марк? Как сыновья сейчас на них похожи!

— Угу. Миллеровские гены. Вон их папа. В молодости вылитый Андрей, да?

Девчонки обсуждают мужей и свёкра. А я взгляда не могу оторвать от третьего мальчишки. Самый младший из братьев, он сидит у мамы на коленях и задумчиво крутит в руках плюшевого кролика.

Чувствую, будто кровь отливает от лица и леденеют руки.

Маленькие дети ведь все похожи, да? Мне просто чудится.

Да, но не в этом случае. Не настолько.

Камера показывает мальчика крупным планом. Он щурится, по-особому поджимает пухлые губы и, наконец, улыбается оператору.

— Александр Матвеевич, отвлекитесь, пожалуйста, от своего зайца и посмотрите в камеру! — говорит мужчина за кадром.

Этот малыш — Алекс. И именно в этом самом возрасте я его однажды уже видела.

Фото красивого темноволосого мальчика из донорской анкеты отпечаталось у меня в памяти на всю жизнь. Год назад в клинике Олег выбрал именно его, и я возражать не стала — очарована была с одного взгляда.

И сейчас он улыбается мне с экрана. Совершенно точно он.

Ноги становятся будто ватными, перед глазами всё плывёт. Не устояв, я плюхаюсь попой на диван.

— Мила! — Подбежавший Алекс с силой сжимает мою руку. — Тебе нехорошо?

Мне хорошо и плохо одновременно. Я просто с ума сошла, наверное.

Ребёнок на том фото.

Мальчик на семейном видео.

Мужчина, который с тревогой в красивых карих глазах сейчас всматривается в моё лицо.

Все они — один и тот же человек…

Глава 14

Сходство маленького Алекса с ребёнком на фото, которое было приложено к анкете донора, невероятное. Разве бывают такие совпадения?

Теплов из всех вариантов выбрал именно тот, потому что донор имел с ним самим сильное сходство. Удобнее было бы врать, что ребёнок его родной.

И ничего удивительного, если они двоюродные братья!

Но зачем молодому, состоятельному, успешному мужчине оставлять для всеобщего пользования свой драгоценный генетический материал?

Ерунда какая-то. Мало ли на свете похожих детей? Тем более что то фото, что это видео — не самого лучшего качества, черно-белое ещё.

Я просто влюбилась в Александра и пытаюсь выдать желаемое за действительное.

— Всё в порядке, — заверяю столпившихся вокруг Миллеров. — Извините.

— Побледнела слишком, — хмурится Андрей.

— Иди-ка приляг, — предлагает Саша. — Я после родов всё время спать хотела. Усталость круглые сутки была…

Алекс помогает мне встать.

— Я наверх провожу.

Вот устроила представление! Как же стыдно…

Поднимаемся по лестнице вдвоём. Я стараюсь на него не пялиться. Потому что мысль о том, что он настоящий отец Ники, очень заманчивая. Она захватила мой разум полностью, никак не могу выкинуть эту глупость из головы.

Выпровожу его из своей спальни и тогда предамся мечтам. А пока нужно держать себя в руках.