– Понятия не имею, о чем ты, Фрэнки. А теперь выметайся. Я опаздываю на игру в гольф.

Глава 6

=

Оливер

=

Фрэнки Таунсенд: я уволилась

Нэнси Нур: Прошу прощения, мэм. Этот чат предназначен для соседского дозора.

Даллас Коста: Уволилась или уволили?

Фрэнки Таунсенд: просто эта работа была не для меня, сестренка

Нэнси Нур: Я уже напоминала вам, ребята. Не могли бы вы вести личные беседы в другом месте?

Фрэнки Таунсенд: я бы с радостью, но мне нужны свидетели на случай, если меня найдут в какой-нибудь канаве. ЭТО СДЕЛАЛИ МОЯ СЕСТРА И ЕЕ МУЖ.

Зак Сан: Чей номер начинается с 404? Она вообще из этой округи?

Ромео Коста: У нее аллергия на основы грамматики?

Фрэнки Таунсенд: ха. ха. о-очень смешно.

Фрэнки Таунсенд: в о-о-о-о-общем, кажется, я нашла свое призвание.

Даллас Коста: И в чем оно?..

Фрэнки Таунсенд: я хочу быть влиятельным блогером.

Зак Сан: Да на кого ты повлияла в этой жизни?

Ромео Коста: Разве что меня чуть не довела до самоубийства.

Даллас Коста: Или меня до убийства.

Фрэнки Таунсенд: ну, ясно… каждый мнит себя критиком.

Фэрроу Баллантайн-Сан: Я верю в тебя, Фрэнки 3

Фрэнки Таунсенд: я знала, что ты никогда меня не бросишь, фэй.

Фэрроу Баллантайн-Сан: Но верила бы еще больше, если бы ты научилась писать с заглавной буквы.

Глава 7

=

Оливер

=

На первых порах меня принимали в качестве фактического генерального директора «Гранд Риджент» довольно прохладно.

Я получил два высших образования в университетах Лиги плюща, ученую степень в Кембридже и защитил диссертацию на тему массового маркетинга, удостоенную награды. А еще у меня были шашни с женой губернатора, два скандала в конгрессе и репутация, которая довела бы до слез даже коррумпированного политика.

Не моя вина, что больше никто не считал эти достижения в равной степени впечатляющими.

В конечном счете я заслужил уважение сотрудников упорным трудом, рекордным уровнем удовлетворения запросов постояльцев и такими высокими годовыми доходами, что мне выделили средства на три дополнительные премии сотрудникам.

Иногда для достижения такого успеха приходилось жертвовать голосовыми связками. Как сегодня.

Спустя два часа и скандал со старшим руководящим персоналом я вышел из конференц-зала на двадцатом этаже «Гранд Риджент» и направился к лифтам.

За мной пошел только Элайджа.

Остальные задержались, прекрасно зная, что я начну распекать их из-за посредственных KPI, если посмеют оскорбить меня своим присутствием.

Элай забрал у меня ноутбук и дал вместо него телефон.

– У тебя с десяток непрочитанных сообщений от соседского дозора, пропущенный звонок из офиса в Германии и куча неприоритетных писем, которые я переслал на свой ящик.

– Слетай в Техас и проверь, как идет реконструкция. Мы не допустим очередного происшествия с пылью, как в Париже.

За пределами местного филиала Элай выступал моим публичным представителем на протяжении почти всей моей работы в «Гранд Риджент». Официально он занимал должность исполнительного директора. А неофициально – отец нанял его в качестве моего помощника, чтобы тот, образно выражаясь, был моим лицом.

Никто, кроме руководства в столичном округе и членов правления, не знал, что я, по сути, занял место своего отца.

– Принято. – Он ударил по кнопке лифта, почесывая затылок. – А еще у нас инцидент в Западном крыле.

Телефон возвестил о входящем сообщении, прервав наш разговор. Я достал его из кармана и хмуро посмотрел на экран.

Фрэнки Таунсенд: при-и-и-и-вет, можешь меня забрать?

Олли фБ: Прошло всего два часа. Что случилось?

Фрэнки Таунсенд: не знаю. видимо, нужно, чтобы «приняли на работу», прежде чем приступать к ней. представляешь?

Олли фБ: Как ни странно, представляю. Ты в самом деле ворвалась на съемочную площадку?

К слову, мне жутко претило, что Фрэнки – зумерша, которая не желала писать слова с большой буквы на том основании, что в своей извращенной картине мира она воспринимала это как чрезмерные усилия.

Фрэнки Таунсенд: боже, нет. я знала, что координатору интимных сцен нужен ассистент. она взяла руди, мою подругу из колледжа. я решила, что не помешает лишняя пара рук. просто пыталась помочь.

Я зажал переносицу пальцами и шумно выдохнул. «Гранд Риджент» заключили контракт со студией, который предусматривал полную конфиденциальность и защиту от постояльцев и посторонних лиц.

Олли фБ: У меня сейчас дела.

Фрэнки Таунсенд: божебоже, неужели не поможешь барышне в беде?

Олли фБ: Ты не барышня, и могу заверить, что в беде сейчас все, кто рядом с тобой.

Фрэнки Таунсенд: мое сердце разбито.

Олли фБ: Уверен, просто всякое выветривается. Прими чего-нибудь поскорее.

Фрэнки Таунсенд: как грубо. эта атмосфера нешуточная, и она великолепна. ты бы тоже мог попробовать, если бы захотел.