А еще обожал ягодный чай с шишками. Немного терпкий, смолистый аромат, наполнил комнату, заставив меня прищуриться от удовольствия. А ведь я еще даже и не пробовала сам чай, заботливо налитый Норгатом в чашку. Просто держала ее у носа, вдыхала тепло и чуть ли не урчала от удовольствия…

– Дэйр – любимый напиток всех драконов, – невинно обронил Норгат.

Чашка в моих руках дрогнула, и я зашипела уже не хуже настоящей кошки, когда пролила кипяток на руку. Быстро вернула чашу на стол, чтобы не вылить остальное на колени, захотела прижать место ожога к губам, но не успела. Рядом уже был Норгат.

– Давай полечу…

И как приложил к обожженной руке свою огненную лапу! Я вскрикнула, но не от боли, а уже на чистых инстинктах.

– Люба, ты чего? Драконы же лечатся огнем.

– И обжигаются чаем.

– Да это ты пока еще полный иммунитет к высоким температурам не обрела. Сначала магия, потом тело…

– Поясни, – потребовала я, не дыша.

Сложно дышать, когда такой парень, как Норгат, гладит твою руку.

– Твоя магия пробудилась, следом просыпается и кровь. У тебя уже изумительный иммунитет к магии, потом раскачается иммунитет к ядам, изменится восприятие мира…

– Яды? Ты сказать, что у нас будут раскачивать иммунитет к ядам? Нет, если нас начнут травить грибами, то да, мое восприятие мира точно изменится.

Захотелось даже вытащить зачетку и проверить, а точно ли там значатся занятия по прокачке магического иммунитета.

Видя мое состояние, Норгат пояснил, что имел в виду всего лишь остроту зрения и слуха, скорость реакции и выносливость. В общем, выносливой я буду если не как дракон, то как лошадь по-любому. А все из-за пробуждения крови, о которой я упорно забываю, потому что не могу пока осознать, что я тоже наполовину дракон.

Пока я вздыхала и страдала, чай, то есть дэйр, остыл. Я пригубила напиток и снова почувствовала себя кошкой, дорвавшейся до валерьянки.

– Люба, как ты думаешь, почему я заказал доставку именно такого обеда, – вкрадчиво поинтересовался Норгат.

Я задумчиво осмотрела низенький столик, сервированный не хуже, чем в ресторации, потом на Норгата и снова на стол.

– Хотел удивить меня чаем по-драконьи? Или эти крошечные блинчики с мясом – тоже ваше традиционное блюдо?

– Да нет же, Золотко. Заказывая обед, я думал, как будет здорово пообниматься на ковре после него.

– Эм… – только и могла глубокомысленно выдать я.

И вот пока я думала, этот ненормальный очутился рядом, вдруг обхватил меня за талию и в самом деле повалил на спину. От неожиданности я даже не успела выругаться, а потом и вовсе об этом забыла, потому что Норгат накрыл мои губы поцелуем с ароматом ягод и еловой хвои.

Я целовалась с Норгатом так жарко и глубоко, но не могла им надышаться, а перед глазами вспыхивали яркие золотые искры. Он первый вынырнул из этого наваждения, притянул меня к себе, расположив голову на своем плече, и замер, пытаясь отдышаться. Я тоже старалась восстановить дыхание, но с большим удовольствием продолжила бы смешивать его с еловым ароматом Норгата.

– Хватит, Золотко, тебе пока хватит.

– В смысле? – опешила я.

– Защита дракона пылает, пока горит его сердце. А ты у меня тоже дракоша, – последнее Норгат выдал с поистине собственнической интонацией.

Осознала, офигела и тут же приподнялась на руке, угрожающе нависая над развалившимся на полу парнем.

– Хочешь сказать, что мы вот сейчас запускали мою защиту?

– В том числе. Ау! Ты чего дерешься? – Норгат обиженно потер кончик носа, по которому я прицельно запустила рой ярких искр.

Я же села на полу и обхватила себя руками.

– Не могу поверить, что я дракон. Не чувствуя я этого.

Норгат сел в позе лотоса напротив.

– Относись к этому проще. Хвост у тебя не вырастет, шипы не прорежутся.

– А крылья?

– У твоего отца они были. Это и отличало его от многих других. Его связь со зверем была сильнее, чем у других драконов Альтаса. Даже у моего отца нет крыльев, а ведь ему лет ненамного меньше, чем было Золотому императору.

Ик…

– Ни фига же себе вы тут все долгожители.

– Не все. Только старшие в роду. Чем сильнее магия – тем дольше живешь. Знаешь, а ведь наши отцы были друзьями, почти побратимами, но потом что-то пошло не так.

– Твой отец не рассказывал о моем?

– В нашей семье тема Золотого дракона запретная. Впрочем, как и везде. Удивительно, что отец приказал повесить портрет твоих родителей в холле. Это же по его приказу все изображения императорской четы были уничтожены.

– Не все, раз было что повесить, – справедливо заметила я. – Думаю, он хотел вывести меня из себя перед экзаменом, раскачать эмоции и заставить призвать огонь. Представляю, как он офигел, когда я вошла в зал.

С моих губ сорвался смешок.