– Спецы уверены, что это был тест. За последние полгода, в неблагополучных районах, регулярно обнаруживались трупы со странным признаком смерти. После многих экспертиз было установлено, что причина – новое отравляющее вещество. Причём спецы, анализировавшие яд, утверждают, что его невозможно выявить при помощи простого магического сканирования. То есть, даже в том случае, если отравленный человек попадёт к лекарю, его не вылечат. Даже не поймут, что что-то не так.

– Но для чего и кому это нужно?

Собеседник пожал плечами.

– Точно не знаем, можно лишь предполагать. Если подумать, способов применения вещества много, вплоть до попыток государственного переворота.

Я медленно кивнула и поняла ещё одну важную вещь.

Шанс, что Дрэйк вышел на след неких гадов – прекрасен. Вероятность, что в ходе расследования тряхнут род Майрисов – ещё лучше. Но все эти дела не имеют никакого отношения ко мне.

– Как понимаю, пилюли, которые тебе давали, имели аналогичный эффект, – добавил Нэйлз. – Это был яд, определить который невозможно. Представляешь, если накормить чем-то похожим… да хоть того же императора?

Я представляла. Только пилюли Алексии были ужасно горькими, нормальный человек не станет такие пить. Но, в любом случае, вариантов использования действительно дофига.

Я снова кивнула и решила так: по теме пилюль мне очень хотелось прижать лорда Бертрана, но пусть этим займутся профессионалы. Корифий уже в поле зрения, а дальше – не моего ума дело. Нужно сосредоточиться на своём.

Ровно в этот момент принесли кофе, и я, усевшись напротив Нэйлза, ненадолго выпала из реальности.

Очнулась после того, как парень качнулся вперёд и поймал мою руку.

А? Что?

Жест был весьма красноречивым, я опять испытала неловкость. Но в моих обстоятельствах отшивать императорского племянника было минимум глупо. Просто все эти рассказы о ядах и отравителях не отменяли того факта, что Дрэйк на меня зол, а значит защита, ну хоть какая-то, хотя бы от Нэйлза, не повредит.

Впрочем, давать надежды я тоже не собиралась, и…

Я аккуратно освободила руку. Нэйлз понял.

Тяжкий вдох, и на губах парня опять заиграла непринуждённая улыбка.

– Кстати, у меня подарок.

С этими словами он отодвинул полу камзола и извлёк из внутреннего кармана какую-то брошюру.

– Только умоляю, никому про это не говори.

– А что это?

– Закрытый, доступный только членам правящего рода, документ.

Понятнее не стало, но Нэйлз объяснил:

– Брошюра посвящена созданию и развитию личного подпространства. Тут квинтэссенция знаний и особые, разработанные моими предками методики. Большая часть того, что описано здесь, есть и в учебниках, но там всё сложнее.

Моё сердце всё-таки дрогнуло. Если Нэйлз хотел подкупить, ему удалось.

Я забрала брошюру, быстро пролистала и, от греха, убрала в сумочку. Потом понизила голос и сказала:

– Спасибо. Но с чего ты взял, что мне пригодится? Сам знаешь, до подпространства мне расти и расти.

Собеседник хмыкнул.

– Ну ведь с золотом удалось.

– Создать золото пробует каждый новичок, – напомнила я. – Там не требуются какие-то особые знания и силы. А для подпространства нужен седьмой уровень магии и огромный резерв.

– И что? – улыбнулся парень. – Из каждого правила есть исключения. Может твой пятый тоже подойдёт? К тому же у тебя высокий потенциал.

Я мотнула головой, прогоняя охвативший меня оптимизм. Ведь истинный уровень моей магии неизвестен – я сжималась, когда его измеряли. Зато резерв однозначно маленький, и раскатывать губы на пространственные карманы всё же рано.

Но хочется. До звёздочек в глазах.

– Кстати, – снова подал голос Нэйлз, – ты знаешь, что подпространство демонстрирует какой ты человек?

– То есть? – не поняла я.

– Со временем подпространство можно преобразовать, но в самом начале… Понимаешь, изначально, у неопытных магов, вид подпространства отражает внутреннее содержание и потребности души.

Вспомнился карман самого Нэйлза, он напоминал каменный мешок с бесконечным потолком. Парень уверял, что это первый элемент будущего замка, и такая фундаментальность впечатляла.

Но надеюсь, мой карман будет поприятнее. И посветлей!

– Спасибо, – поблагодарила ещё раз.

Нэйлз кивнул и внезапно сообщил:

– Дрэйк не очень-то порадовался тому, что ты научилась создавать золото. А публичный жест в салоне не порадовал ещё больше.

Я фыркнула. Рыжий не любит, когда юные девушки из разорённого рода ни от кого не зависят? Ну, простите. Придётся потерпеть.

В том, что касалось «публичного жеста» – я ни о чём не жалела. Меня слишком долго считали нищей, аристократы воротили нос и смеялись. Даже хозяйка салона отказалась обслужить без предоплаты. Пусть теперь знают, что деньги у Рэйдсов есть.

– Сильные маги такой ерундой как золото не занимаются, – неожиданно добавил Нэйлз. – Им быстро надоедает, да и смысл? Сильные маги зарабатывают иначе.

– Как? – не могла не спросить я.

По мне прошлись пристальным взглядом.

– Служат империи, например.