Инженер проснулся за пять минут до подъёма. Он лежал без движения, с головой укутавшись в спальник, и, не открывая глаз, на слух определял, что происходит в роте. Вот дежурный подошёл к столу, осторожно, чтобы не лязгать, снял крышку с металлического бака, ковшом зачерпнул воды, по очереди наполнил стоящие рядом электрические чайники. Это не входило в его обязанности, но стало доброй традицией в сапёрной роте – вскипятить воду парням перед подъёмом. Потом он, не торопясь, экономя крайние секунды сна, направился по коридору к тепловой пушке, включил её, чтобы прогреть помещение. Пушка утробно загудела, вбирая в себя волглый подвальный воздух. Это значит, что ровно через тридцать секунд (именно столько времени нужно, чтобы дойти от тепловой пушки до электрощитовой в конце коридора) дежурный включит свет в помещении. На обратном пути к своему посту он, проходя мимо грубо сколоченных шконок, спокойно и не повышая голоса произнесёт: «Мужики, просыпаемся! Время!» Никаких тебе «рота, подъём». Сон товарищей – это святое.

Инженер слышал, как рота зашевелилась, парни нехотя просыпались, брели в туалет и курилку. Кто-то сразу шёл к умывальнику, чтобы успеть налить в кружку кипятка. Инженер не хотел вставать, не хотел вылезать из тёплого спальника. Он ещё минут десять лежал с закрытыми глазами, но сна уже не было; сон растаял, испарился. Начинался новый день, и никто не знал, что он принесёт в этот раз. И снова перед бойцами во всей неприглядности вырастала единственная задача: дожить до вечера.

Дежурным по роте был Доцент. После подъёма ему надо было отдежурить ещё два часа, потом он мог отправиться спать после ночной смены. Глаза у Доцента были красными от усталости.

– Как ночь прошла? – спросил Инженер.

– Нормально.

Где-то на улице бахнуло. Ударная волна гулко разбилась о металлические двери подвала.

– Меньше долбить стали. Боги войны, мать их…

– Прилёты были?

– Нет. Только наша арта работала. Всё летит в Авдеевку.

– Парни не вернулись?

– Нет ещё.

Ночью группа сапёров ушла на задачу. Утром был назначен штурм на южном фланге Авдеевки, со стороны мостов перед «Царской охотой». Сапёры должны были поддержать штурмовиков и по команде уронить на позиции хохлов «Змея Горыныча». С вечера долго выбирали точку запуска, высчитывали по азимуту направление, расстояние, по формуле определяли массу заряда. Сошлись на том, что надо запускать с лесополосы у Дозора-ноль. До противника от точки запуска было не больше трёхсот метров. За ночь нужно было скрытно выдвинуться, подтащить пусковую установку УР-83П, реактивные двигатели к ней, заряды ДКРП, всё это бесшумно собрать под носом у хохла и запустить в назначенный час. На задачу ушли Вожак, Француз, Помидор, Поэт и Шукай. Инженер не сомневался в опыте товарищей, но сосущее чувство тревоги не покидало его.

Установка разминирования УР-83П, или в просторечии «Змей Горыныч», не была предназначена для уничтожения укрепов противника. В штатную комплектацию входили мощные тросы, которые удерживали заряды на месте. Реактивные движки, улетев на положенное расстояние, вытягивали шланги с зарядами в стометровую линию, тросы тормозили инерцию полёта двигателей, заряд падал на землю, подрывался, тем самым образуя шестиметровый проход в минных полях противника на глубину сто метров. Неизвестно, кому первому пришла в голову мысль запускать ДКРП без троса и использовать пятьсот килограммов пластида в качестве авиабомбы, но задумка прижилась в войсках. За неимением других средств поражения. Самым трудным было рассчитать массу заряда и выставить азимут. Отклонение на несколько градусов могло свести на нет все усилия группы. Всё зависело от точности попадания, которая хромала по целому ряду причин. Но артподдержка штурма обещала быть жиденькой, по всему направлению наметился ощутимый снарядный голод, а штурмовать неподавленные огневые точки – это верное самоубийство. Сапёрам нужно было сотворить чудо. Впрочем, они это умели, не впервой.

Завтракать не хотелось, не было аппетита. Инженер выпил кружку кофе натощак и побрёл в курилку. Первая утренняя сигарета привычно горчила.

– Скажи мне, дорогой друг, как тебе спалось? – в курилке уже сидел Медведь и лениво пускал кольца сизого дыма.

– Хорошо, но мало, – ответил Инженер.

– Это не правильный ответ.

– А какой правильный?

– Братан, ты как будто телегу не смотришь… Кормят хорошо, Родину люблю, в отпуск не хочу, сплю до отвала!

– Про «сплю до отвала» там не было.

– Э-э-э… Ты демоверсию смотрел. В оригинале всё есть.

– А если и кормят плохо, и в отпуск хочу?

– Чего это плохо сразу?

– Ну, не вкусно.

– А это никого не колышет. Теперь ты в армии…

Чуть больше месяца продолжался штурм Авдеевки. Он начался 10 октября 2023 года, и сразу стало понятно, что все задачи, которые рота выполняла до этого, были лёгкой прогулкой, разминкой перед серьёзной работой. В первом же штурме на их участке фронта погибли трое сапёров: Хопеш, Каспер и Охта. Официально парни числились пропавшими без вести, так как вытащить тела не было никакой возможности. Но обозначение «б/п» в журнале вечерней поверки никого не могло обмануть.

Текущую работу в роте никто не отменял. Инженер выпил ещё кружку кофе и начал собираться в цех.