После ещё одного часа расчистки снега Джоэл провёл следующие два часа за уборкой дома и приготовлениями к ужину. Диск, оставленный Кейтлин на журнальном столике в гостиной, дразнил его всё это время. Он несколько раз проходил мимо, уверяя себя, что возьмёт его, уберёт куда-нибудь и когда-нибудь потом посмотрит. До тех пор он постарается о нём не думать, — потому что если Тейлор узнает, о чём идёт речь и кем и зачем была Кейтлин, та взлетит до потолка. И кто её осудит? Это было последнее, что ему было нужно. Однако он чувствовал себя ужасно из-за Лонни и никак не мог выбросить из головы образ старого друга. Когда-то они были так близки — он, Лонни и остальные ребята из их тесного кружка: Сэл, Дорси и Трент — друзья с самой средней школы. И хотя с годами их дороги разошлись, всё равно казалось невозможным, что кто-то из них может быть мёртв. Когда Джоэл думал о них — или о себе в том контексте, — все они были заморожены во времени, вечно молодые, а не пятидесятилетние мужчины, у некоторых из которых дети уже такого возраста, в каком они когда-то дружили, и уж точно не жертвы убийства. Почему он не поддерживал связь? Конечно, у него были свои тёмные времена — у каждого в той или иной мере, — но неужели так трудно было иногда позвонить или написать короткое письмо? Впрочем, он даже не знал номера Лонни, не говоря уже об адресе электронной почты. На самом деле он потерял контакты и остальных ребят тоже.

Стыдно мне , подумал Джоэл. Стыдно всем нам.

В каком-то смысле разрыв с ними был не только неизбежным, но и необходимым — ещё одна жертва, принесённая тому, через что он прошёл, побочный урон от бегства от той жизни, того времени и тех воспоминаний. Лонни и остальные были неотделимы от прошлого Джоэла, и чтобы восстановиться, ему нужно было начать с чистого листа где-то в другом месте. Его выздоровление зависело от обретения совершенно новой жизни, и именно это они с Тейлор и построили, уехав из Массачусетса и обосновавшись в Мэне. Но сколько времени прошло с тех пор, как он вернулся к нормальной жизни? Много лет — так что оправдания тому, что он не возобновил связь или хотя бы не попытался, не было. Он это знал.

Тем не менее они пережили вместе одно испытание, когда были моложе, — что-то, о чём никто за пределами их круга не знал, потому что они так и не рассказали.

Чёрная машина...

Руки Джоэла затряслись. Он давно не думал об этом, но оно всегда присутствовало — в тенях и тумане, в снах и кошмарах.

Он отогнал это от себя и вернулся мыслями к Лонни. Интересно, знают ли остальные и были ли на похоронах. Думали ли они о нём, о том, почему его там не было? Насколько он знал, все остались в Массачусетсе. Джоэл был единственным, кто уехал из штата. Но тогда он всегда был первопроходцем в их группе. Именно он пошёл в колледж, сделал первый шаг прочь от компании и прочь из города. Он вырвался, стал чем-то большим, чем провинциал с никуда не ведущей работой и домом, полным детей. Но это ему дорого обошлось. И всё же в конечном счёте всё сложилось, не так ли? Он прошёл через ад и выжил. И у него была Тейлор — всегда Тейлор — великая любовь его жизни. Она спасла его и силой своей любви и преданности не дала ему навсегда сгореть в тех ужасных огнях.

Охваченный бурей чувств, Джоэл принял душ, оделся, а потом спустился в гостиную. Стоя над журнальным столиком, он несколько минут смотрел на диск, убеждая себя, что может быстро взглянуть, а потом отложить его в сторону. Но знал правду. Однажды взглянув, обратного пути не будет. Он был устроен иначе. Он уже чувствовал, как в нём поднимается эта потребность — расследовать, добраться до сути того, что случилось с Лонни. Может быть, во всём этом было что-то искупительное — покопаться в его деле и возможно даже раскрыть его. В прошлый раз он был погребён, захлёбывался в безумии, но, может быть, на этот раз всё будет иначе. Или, может быть, это добьёт его, завершит дело раз и навсегда и столкнёт в пропасть, над которой он так долго балансировал.

Воспоминание о Лонни пришло к нему — из времён после школы. Тот смеялся своим громким, раскатистым смехом, глаза живые и озорные, как всегда. Мог ли тот безудержный парень быть тем же человеком, который со временем стал отцом Кейтлин Бёрроуз? Как Джоэл мог себе представить, что в каком-то причудливом и далёком будущем дочь Лонни разыщет его, чтобы попросить помочь раскрыть убийство её отца? Как и многое другое из прошлого Джоэла — невозможно, невероятно.

Но вот оно.

— Ладно. — Он схватил диск, бросился через комнату в коридор и нырнул в их домашний кабинет. Сердце колотилось; он опустился на стул и запустил компьютер. Пока тот загружался, Джоэл открыл прозрачный пластиковый чехол, выщелкнул диск и отправил его в лоток — пока не передумал.

На экране появилось окно со списком содержимого: файлы и фотографии.

Первые несколько файлов были либо ссылками на онлайн-статьи в газетах, либо отсканированными и увеличенными газетными вырезками, сохранёнными на диске. В большинстве из них первый план занимала фотография Лонни, а заголовок описывал его убийство. Слова вроде бессмысленный  и случайный  мелькали то и дело. МЕСТНЫЙ ЖИТЕЛЬ СТАЛ ЖЕРТВОЙ ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО СЛУЧАЙНОЙ СТРЕЛЬБЫ... ЛИЧНОСТЬ ЖЕРТВЫ БЕССМЫСЛЕННОГО РАССТРЕЛА УСТАНОВЛЕНА... МОТИВ УБИЙСТВА МУЖЧИНЫ НА УЛИЦЕ — ВЕРОЯТНО, ОГРАБЛЕНИЕ, ЗАЯВЛЯЮТ ПОЛИЦЕЙСКИЕ... НИ ЕДИНОЙ ЗАЦЕПКИ ПО ДЕЛУ ОБ УБИЙСТВЕ ЗАСТРЕЛЕННОГО НА УЛИЦЕ МУЖЧИНЫ...

Несмотря на кричащие заголовки, взгляд Джоэла всё возвращался к фотографии. Она, очевидно, была получена от семьи — портрет улыбающегося Лонни, обрезанный, чтобы убрать остальных. Снимок выглядел довольно свежим: Лонни был значительно старше, чем в тот последний раз, когда Джоэл его видел, — хотя сложно было сказать, в каком точно возрасте он был сделан. Джоэл решил, что ближе к середине сороковых.

— Во что же ты ввязался? — спросил он фотографию.

Даже держа перед собой статьи и снимки, он не мог воспринять всё это как реальность. Как Лонни мог быть мёртв? И хотя Джоэл читал не каждую статью от начала до конца, бегло просматривая их, становилось ясно: у властей не было ни зацепок, ни версий — ни относительно причины казни Лонни, ни относительно возможных исполнителей.