— Хорошо, потому что вот мои правила. Никаких проблем и ничего, что может их вызвать. Никакой громкой музыки, никаких куч пивных бутылок в мусорном ведре, никаких приятелей, забегающих в час ночи. Мне всё равно, даже если это будет общество полуночных молитв и вышивания крестиком. Если это выглядит как проблема, я этого не хочу.

Тётя Тереза нахмурилась.

— Ох, Карл...

— Нет, всё в порядке, — сказала я. — Я хочу того же. Не беспокойтесь.

— Хорошо, — сказал он. — Расскажи нам о том интервью.

— Там был Джон Бёрроуз. — Я не хотел этого говорить, но слова сами вырвались. Тётя и дядя переглянулись, и я поняла, что они ничуть не удивлены. — Как давно он...

Ответил дядя Карл.

— Где-то в последние несколько дней. Он сказал, как это произошло?

То, как он задал этот вопрос, насторожило меня. Последние несколько лет я отказывалась отвечать на вопросы полицейских, но, чёрт возьми, я начинаю новую жизнь.

— Он сказал, что это было чудо, но я думаю, что он был полон... Думаю, он лгал.

— Почему ты так думаешь?

— По его выражению лица. По тону. Женщина, которая задавала вопрос, в это время теребила в руках крестик, думаю, он говорил то, что она хотела услышать.

Карл кивнул. Он взял со стола кухонное полотенце, под которым оказалась газета, и протянул её мне. Заголовок гласил: "Чудо или обман?", а под ним были две фотографии: на одной Джон в инвалидном кресле, его лицо с отвисшей челюстью частично скрыто длинными волосами, а на другой он стоит во дворе и смеётся. Газета была датирована вчерашним днём.

Я хотел сказать, что больше не голоден, но моя тарелка была пуста. Мне не нужен был повод, чтобы встать из-за стола. Я отнес тарелку в раковину и начала мыть посуду. Тётя Тереза немного поворчала, пытаясь заставить меня съесть ещё одну порцию, но в конце концов обняла меня и разрешила вернуться к работе. Дядя Карл остался и внимательно за мной наблюдал.

— Можешь взять эту газету с собой, если хочешь. Ключ от квартиры лежит рядом.

— Спасибо, я так и сделаю. Там есть что-нибудь интересное?

— Только то, что страховая компания Бёрроуза подала на него в суд за мошенничество. Послушай, если этот парень нарушил закон, даже если его только в этом подозревают, у него могут быть проблемы, и тебе лучше держаться от него подальше. Это часть твоего долга.

Я кивнул, не поднимая глаз. Я ожидал, что он скажет что-то подобное, как только увидел этот заголовок.

— Кстати, — продолжил он. — Перед твоим приходом звонила какая-то женщина. Андреа, кажется. Она сказала, что завтра ты можешь выйти на вечернюю смену в копировальной мастерской. Твоя смена начинается в четыре, но она хочет, чтобы ты пришла на пятнадцать минут раньше, чтобы оформить документы. И вот ещё что. — Он протянул мне листок розовой бумаги. Сверху было напечатано "Пока тебя не было!", а рядом весёлый мультяшный персонаж. Под ним был короткий список, нацарапанный шариковой ручкой. Сначала я не мог на нём сосредоточиться. — Если ты хочешь эту работу.

Я выхватил листок у него из рук и положила на стол. Да, чёрт возьми, я хотел эту работу.

Дядя кивнул мне, сообщил, что мне нужно будет пройти серьёзное обучение, прежде чем я смогу вывозить мусор, сортировать отходы и компостировать пищевые отходы в Сиэтле, и оставил меня мыть посуду. Когда сушилка была заполнена, а раковина пуста, я взяла ключ, газету и листок бумаги и вышла на задний двор.

Моя квартира располагалась над отдельно стоящим гаражом в дальнем конце двора. Лестница скрипела и стонала, пока я поднимался по ней. Засов был крепким, но в хлипкой двери, в которую он был встроен, было слишком много стекла.

Какого черта. Внутри я увидел свой рюкзак, лежащий на диване и как-то странно сдувшийся. Моя одежда лежала в крошечном комоде рядом с раскладным диваном. У передней стены стояли маленькая раковина, холодильник и электрическая плита на две конфорки. За ними находилась ванная комната. У дальней стены стояла пустая книжная полка.

Я включил лампу, и все вокруг озарилось тусклым желтым светом. Тетя сдавала эту комнату студентам, которые искали работу, и мужчинам средних лет, решившим начать жизнь с чистого листа. Комната была небольшой, но это было хорошее место, чтобы начать все с чистого листа.

Первым делом я отложил в сторону документы, которые понадобятся мне для новой работы. После этого я пошел в ванную. Через окно я увидел кухню тети Терезы. Они с дядей Карлом сидели за столом, и он втирал какую-то мазь в ее скрюченные, артритные руки. Я отвернулся, чувствуя себя вуайеристом.

И вдруг оказалось, что мне нечего делать и некуда пойти. В комнате не было ни телевизора, ни игровой приставки, и я не мог представить, что вернусь в дом тети, сяду на их диван и буду смотреть то же, что и они.

ГЛАВА ВТОРАЯ