— Уверена, у него всё хорошо. Звучит так, будто он умеет за себя постоять, — Сеффи произносит те самые слова поддержки, которые не решаюсь сказать я.

— Да, прорвется. Надеюсь, когда я пройду это испытание, смогу его отыскать. Если они смогли открыть портал, чтобы притащить нас сюда, значит, мы сможем ими воспользоваться, когда всё закончится.

— А мне некого ждать, — тихо говорит Сеффи. — Я была совсем одна. Пара друзей, но их больше волновало, как бы переплюнуть друг друга во всём.

— У меня тоже никого. Был в банде, но им нужны были только мои навыки, а не я сам. Уверен, мне уже нашли замену, — Рио усмехается.

— А ты? — Сеффи толкает Тациту в ногу.

— О, мои родители замечательные. Они живут всего лишь через… — она осекается, будто едва не сболтнула лишнего. — Я имею в виду, жили в тридцати минутах от моей квартиры. Мы обедали почти каждую неделю.

— Они тоже в «бизнесе»? — Уайатт вцепляется в крупицу информации. Я тоже внимательно слушаю, прислонившись к стене.

— Ассасины? — Тацита смеется. — Нет, они учителя. Но они знают, чем я занимаюсь, и поддерживают меня.

— Ого. Скучаешь по ним? — спрашивает Сеффи.

— Да. Я давно так надолго не пропадала со связи. — Тацита едва заметно улыбается и теребит ткань одеяла.

— Значит так: как только это дерьмо закончится, мы с тобой найдем способ вернуться на Земной план, — заявляет Уайатт.

Я чувствую укол в сердце от того, что меня не включили в этот план, но никак не реагирую.

— И ты, конечно, тоже. Нам ведь нужно будет выследить твою родню? — Уайатт хлопает меня по ноге. Секундное тепло в груди сменяется ледяным холодом.

Я качаю головой.

Перед глазами вспыхивают лица семьи, которая меня бросила. Ощущение ненужности накрывает волной. А следом пытаются выбраться демоны потемнее — те, что сотканы из огня, дыма и крови. Так. Много. Крови.

Ударив кулаком по стене, я спрыгиваю с кровати. Это было глупо. Я был глупцом. С чего я решил, что здесь станет лучше? Они никогда не уйдут.

Прежде чем кто-то успевает меня остановить, я вылетаю за дверь.

Дыхание сбивается. Я врываюсь в свою комнату и ныряю под одеяло. Сворачиваюсь клубком, пока голову наполняют крики, а в носу стоит резкий запах бензина. Воспоминания пытаются меня утопить.

— Эй, — женский голос прорезает гул разрушения, матрас рядом прогибается. — Всё хорошо. — Рука ложится мне на бок поверх одеяла, в которое я зарылся, пытаясь сбежать.

Нихера не хорошо. Хочется орать. В моем прошлом нет ничего хорошего. В настоящем тоже, но я притворялся.

— Что это было? — глухой голос Уайатта достигает моих ушей.

— Понятно же, что разговоры о семье для него триггер, — цыкает Тацита.

— Оу.

Матрас прогибается сильнее. Меня подхватывают вместе с постелью и перетаскивают на колени к Уайатту. Я сопротивляюсь, пытаюсь вырваться, но он больше. И сильнее.

— Прости, Майло. Я бы не спрашивал, если бы знал.

«Нет», — хочу я сказать.

«Заткнись», — хочу я крикнуть.

«Спрашивай еще!» — орет моя саморазрушительная сторона. Я хочу, чтобы они выпотрошили мои худшие грехи, и тогда они оставят меня в покое. Я обманывал себя, привязавшись к ним. Пытался сбежать.

Я думал, что, может быть… но нет. Нужно было держаться подальше.

Я борюсь с хваткой Уайатта еще немного, но одеяло сковывает меня, как смирительная рубашка. Силы кончаются, и я обмякаю. Решаю сменить тактику и успокоиться. Если он подумает, что меня отпустило, то отпустит сам.

Но он не отпускает. Просто держит. Они с Тацитой о чем-то говорят, но я не слышу слов — мой разум не может замолкнуть. Как бы сильно я ни зажмуривался, реальность лезет наружу.

Внезапно вспыхивает ослепительный свет, и всё здание сотрясается.

— Твою мать, что это было? — Уайатт под мной напрягается.

Подождите. Это было по-настоящему?

Тацита вскакивает.

— Без понятия.

Впервые я слышу панику в её голосе, и это пугает. Она никогда не боится.

Уайатт шевелится, я наконец разворачиваюсь и смотрю на него. Он сосредоточен на ней, но крепко сжимает меня.

— Звучало как взрыв бомбы.

— Оставайтесь здесь, — приказывает Тацита. Уайатт тянется к ней, едва не роняя меня.

— Ты не пойдешь туда одна.

— Я справлюсь.

— Нет. Если ты идешь, то и я тоже.

— Ладно. Но держись за мной. Я серьезно. — Её тон настолько властный, что Уайатт уступает.

— Ты с нами? — Тацита смотрит на меня.

Я киваю. Мысли о дистанции испарились, чувство опасности вытеснило логику.

Уайатт бросается к окну, но, видимо, там ничего не видно — он отворачивается, качая головой.

— Снаружи пусто.

— Звук шел с другой стороны, — говорит Тацита, направляясь к двери. Она колеблется секунду, проводя рукой по бедру, прежде чем распахнуть её.

В коридоре всё спокойно, если не считать других участников, которые выглядывают из своих комнат.