Мне нравилось, когда на меня смотрели так, словно я была кем-то важным. Нравилось, что этот мальчик улыбался, когда я говорила с ним, потому что обычно меня просили помолчать. И мне нравилось, что он поверил мне, когда я сказала, что мы сможем найти его собаку, если он поднимется. Моя идея была не такой уж глупой, и то, что Майлз меня послушал, служило доказательством.

Мальчик так крепко вцепился в деревянные половицы моего домика на дереве, что костяшки его пальцев побелели. Он подтянулся, но потом посмотрел вниз на свои ноги и, как только поднял одну, зашатался.

— Помоги мне! — замахав руками, как лопастями ветряной мельницы, он качнулся назад.

Я схватила его за рубашку обеими руками, потянула на себя, и мы рухнули на дубовый пол.

— Поймала, — выдохнула я, уставившись в его огромные испуганные глаза.

Он вскочил на ноги, тяжело дыша. Я застыла, боясь, что мальчик снова заплачет, но на его лице появилась слабая улыбка.

— Вроде цел, — заключил он, оглядев свою одежду, руки и ноги.

— Конечно, цел, — улыбнулась я и тут же поняла, что хочу, чтобы Майлз приходил сюда снова и снова. — Я не дам тебе пораниться.

— Обещаешь? — Его взгляд потеплел, когда он посмотрел на меня.

— Клянусь! — торжественно ответила я, словно у меня была сила предотвратить любое несчастье, которое могло с ним случиться, и он мне поверил.

Возможно, если бы Майлз не поверил, всё было бы иначе.

Я помогла ему найти собаку (большого лохматого золотистого ретривера, который лизнул меня в лицо, пока я хихикала) и проводила домой.

На следующий день я зашла к нему, но его мама сказала, что он не выйдет гулять, так как учится. Майлз был всего на год старше меня, и я не могла понять, зачем девятилетнему ребёнку заниматься в пятницу, когда он должен был исследовать свой новый двор и греться на солнышке.

Вместо того чтобы вернуться домой, я побродила по их двору в поисках глупого мальчишки в шортах-бермудах. Поддавшись любопытству, я начала осматриваться, заглядывая в окна и прячась при этом от его мамы.

Я заметила его сидящим за столом с карандашом в руке в их большой столовой, подошла к стеклянным раздвижным дверям, выходящим на террасу и занимающим всю стену напротив него, постучала по стеклу и яростно замахала руками, чтобы привлечь его внимание.

Майлз вытаращил глаза, огляделся, а потом на цыпочках подошёл и приоткрыл стеклянную дверь.

— Привет, — проговорила я с улыбкой, слишком широкой для моего лица.

— Что ты здесь делаешь? — прошептал он, приподняв бровь, отчего казался намного старше, чем был.

Я схватила его за руку:

— Спасаю тебя.

Майлз замялся, отступая.

— Меня не нужно спасать. Я изучаю лунные циклы.

Я поморщилась, драматично нахмурившись:

— Значит, тебя точно нужно спасать! — и указала на холмики зелёной травы на его заднем дворе и ярко-голубое небо с солнцем, греющим мою спину. — Посмотри на это. Я знаю, что нам нужно сделать.

— Что?

— Доверься мне, — я потянула его за руку. — Будет весело.

Майлз оглянулся через плечо, словно боялся, что ему влетит за то, что он последовал за мной. И, честно говоря, я знала, что так и будет, но также знала, что, сидя в этой комнате, он никогда не испытает радости. Ему нужно было понять, что мир не ограничивается чтением книг и изучением лунных циклов. Ему нужен был друг, и я так сильно желала стать той, кого он выберет.

— Смотри на меня, помнишь? Всё будет хорошо. Обещаю тебе.

Майлз взглянул на меня, и на его лице снова появилась робкая улыбка. Она мне нравилась не меньше, чем вчера. Я не хотела, чтобы эти глаза отрывались от меня.

Мы выбежали с террасы, и я повела его туда, где их двор уходил вниз под углом, как пологий холм, и остановилась наверху.

— Что мы будем делать? — спросил Майлз.

Я поднесла руки к лицу и взволнованно похлопала себя по щекам.

— Кататься!

— По траве? — ахнул он.

— А где же ещё?

Я опустилась на землю, вытянув руки над головой, чтобы стать как можно длиннее и уже, и покатилась вниз по склону. Ветер обдувал меня, а тёплые травинки щекотали кожу рук и ног. У подножия холма моё тело замедлилось.

— Ты в порядке? — донёсся сверху голос Майлза, звучавший немного нервно.

Я вскочила и, сложив ладони рупором у рта, крикнула:

— Тебе стоит попробовать! Это весело!

— Я не уверен.

— Просто попробуй один раз. Если не понравится, займёмся чем-нибудь другим.

— Ладно.

Последовав моему примеру, он опустился на землю и вытянул руки над головой, затем крепко зажмурился и покатился вниз. Его тело кувыркалось, скатываясь в мою сторону, пока не врезалось в мои ноги.

Майлз распахнул глаза и уставился на меня.

— Ну как? — спросила я, склонившись над ним, и затаила дыхание, ожидая, что он скажет, что ему не понравилось.

Майлз был тихим мальчиком, но его робкая улыбка говорила сама за себя:

— Можно ещё раз?

Моё сердце наполнилось радостью. Я кивнула, стряхивая травинки со своих волос.

— Давай наперегонки! — крикнула я и изо всех сил побежала вверх по холму.