Открываю ящик комода, где хранятся детские одёжки, и в очередной раз убеждаюсь, как несладко живётся супругам Нейт. Вся одежда малышки сшита нашими с Вероной руками. Распашонки, крошечные кофточки с завязками, маленькие ползунки на пуговицах, всё самодельное, сшитое на живую нитку.

При этом малышке Ники ещё повезло, её одежда была сшита из новой, яркой фланели. За последний год детская одежда стала страшным дефицитом. Её невозможно купить ни в одной торговой лавке Корсуни. Цены на новые, самые простые ткани выросли до небес.

Даже страшно себе представить, сколько они будут стоить через полгода?

А ведь Николина будет быстро расти. Через пару - тройку месяцев ей понадобится новая одежда. Скоро зима, малышке потребуется тёплые шерстяные вещи. О мехах даже не стоит мечтать...

Верона воркует над дочерью, пока я готовлю сменную одежду для ребёнка.

Я отпускаю молодую мать завтракать с мужем, а сама переодеваю малышку. Затем заворачиваю её в махровую пелёнку, утром уже прохладно.

Я не успеваю спуститься вниз, как слышу звонок входного колокольчика. Очевидно, кто-то решил навестить моих друзей рано утром....

Верона в домашнем платье и переднике поспешила открыть дверь.

Оказывается, к супругам Нейт пожаловала целая делегация.

Магистр Уилкс, профессор Оккуль, секретарь бургомистра и два охранника из числа городской стражи. Последние, весьма смахивали на головорезов с большой дороги….

И, конечно же, позади этой "благородной" компании плелся мейстер Умлис. Куда же без него? Вредный гном отчаянно зевал, недовольно тёр заспанные глаза и всем своим внешним видом выказывал пренебрежение к окружающим.

Увидев меня, он подмигнул и состроил недовольную физиономию.

Мужчины, задрав носы, сквозь зубы поприветствовали хозяйку дома и потребовали сообщить, где находится её муж?

Магистр Уилкс говорил высокомерно, показывая всем видом, что не уважает Верону ни как хозяйку дома, ни как супругу профессора Нейта.

Глаза профессора Оккуля шныряли по углам дома, выискивая что - то подозрительное или любопытное. Взгляд стервятника в поиске жертвы, так бы я сказала.

Секретарь бургомистра оглядел Верону и меня масляным взглядом, и повторил вопрос, где находится профессор Нейт?

Складывается впечатление, что этой честной компании прекрасно известно, что в последнее время Раймонд Нейт неожиданно исчезает, а затем появляется в Академии. Вот только доказать они ничего не могут.

- Дорогой профессор Нейт, я вижу, вы и впрямь не здоровы, - хмурясь, шипит мейстер Уилкс, - Право, вы так редко посещайте лекции, что скоро ваша адепты забудут, как вы выглядите.

- Я был болен, уважаемый коллега, - хрипло говорит Раймонд Нейт, - Надеюсь, в ближайшее время я смогу приступить к своим обязанностям.

- Дорогой профессор, вы как сильный и уважаемый маг, завтра должны присутствовать во дворце бургомистра, - громко вещает секретарь бургомистра, - Завтра все маги Академии должны принести присягу верности.

Профессор Оккуль делает непонятный жест и секретарь замолкает. Он переводит свой жёсткий взгляд на меня, очевидно, мечтая препарировать меня как бабочку. Спустя пару секунд громко произносит:

- Адепткам в столь ранний час, надлежит быть в кампусе. Каждая барышня должна привести себя в порядок и следовать Уставу Академии.

Меня так и подмывало ехидно ответить, однако я не решилась. Слишком большие последствия будут у моего ответа.

Верона подошла ко мне и взяла Николину на руки. Я поднялась наверх и снова переоделась, на сей раз в форму адептки.

Мейстер Умлис протянул мне в руки два мешочка с белым порошком, и клочок свёрнутой бумаги.

Зайдя через центральную дверь в холл, я завернула под лестницу и притаилась там. Развернув записку, прочитала очередную просьбу Раймонда Нейта.

Сегодня вечером мне предстояло дежурить на кухне, и подавать ужин. Профессор Нейт надеется, что мне удастся подмешать в питьё всех адептов снотворное. В мешочках был порошок вызывающий крепкий, длительный сон.

Хорошее предчувствие закрылось в душу. Колокольный звон позвал адептов к завтраку.

Помимо каши размазни, сегодня нам предложили травяной чай и хлеб, а чуть позже в столовую вышел весь Учебный Совет Академии.

Во главе этой процессии был секретарь бургомистра.

Напыщенный хлыщ долго вещал о долге перед Отечеством, городом, законами Большой Гардарики. А в конце повествования нам сообщили, что бургомистр и Городской Совет отказываются от политики нейтрального города, и вчера принесли клятву верности магам. Отныне Корсунь придерживается стороны магов и объявляет войну драконам Большой Гардарики.

Все несогласные с этим решением должны в течение трёх дней покинуть город....

Завтра всем адептам Академии надлежит принести присягу верности бургомистру и Городскому Совету города Корсунь.

По столам пошли шепотки, многие адептки стали оглядываться на драконесс, полукровок и других драконов.

Не считая знакомых драконесс, в Академии обучались ещё пять драконов. Трое юношей и две девушки. Лично с ними я не была знакома. Однако, ничего плохого о них не слышала.