Да пошли они все к черту — вместе с моим козлом отцом и предательским парнем.

Пусть будут прокляты все эти ублюдки.

Захлопнув дверь своей спальни, я ходила туда-сюда, словно сумасшедшая, оправдывая каждую букву моего диагноза.

Раннее начало биполярного расстройства — термин, который мелькал в моей жизни с самого детства, и причина, по которой врачи объясняли мое катастрофическое состояние разума.

Когда болезнь начинается в раннем детстве, как у меня, ее крайне сложно лечить, и она считается более тяжелой, с худшими прогнозами, чем биполярное расстройство, начавшееся во взрослом возрасте. Поскольку лекарства, которые назначают взрослым с биполяркой, детям не подходят, медики вынуждены были методом проб и ошибок подбирать лечение, которое подействует.

Именно такое объяснение я слышала каждый раз, когда оказывалась у нового врача или мне прописывали очередное случайное лекарство, чтобы «вылечить» меня.

Хотя мое настроение, казалось, стабилизировалось после последнего коктейля препаратов, назначенного при последней госпитализации, со временем их эффективность снизилась до того, что я начала быстро менять настроение.

Психиатр дежуривший в больнице на этих выходных сказал моим родителям, что экстремальные перепады — быстрый переход от мании к депрессии — вызваны так называемыми «смешанными эпизодами», которые часто встречаются у детей и подростков с моим диагнозом.

Я понимала это.

Это был мой опыт, а не их.

Это я попадала в манийные состояния, а потом с ужасом падала в адскую депрессию.

Это я теряла счёт времени и воспоминаниям.

Это моя сила воли слабела с каждым днем.

Это я лишалась веры и надежды на будущее.

Это мой разум разрушал мою душу.

И это я должна была жить так до самой смерти.

Никто из этих ублюдков не имел ни малейшего понятия, какова моя жизнь, и ни одна книга, исследование или ученая степень не могли их этому научить.

Разумеется, мама сразу же расплакалась, а папа сразу же хотел меня отправить в стационар.

К счастью, он не добился своего, и меня отпустили домой, нагруженную психотропными и успокаивающими таблетками, с новым рецептом, который папа поклялся физически заставить меня принимать, если я хоть раз попробую отлынивать.

Как будто мне есть дело до того, что он делает.

Он может пытаться запереть меня, сколько угодно, но я буду сражаться до конца.

— Лиз, — послышался знакомый голос Хью с другой стороны двери моей спальни. — Можно мне войти?

— Чтобы еще шпионить для моих родителей? — окликнула я, остановившись посередине комнаты и бросив злобный взгляд на закрытую дверь. — Нет, спасибо, Иуда.

Я услышала разочарованный ворчливый звук и как он открыл дверь и вошел в комнату. — Я знаю, что ты злишься, но нам нужно поговорить.

— Зачем? Ты уже потратил свои тридцать серебряников? — ответила я, яростно поставив руки на бедра. — Хочешь еще мои секреты выведать?

— Я не предавал тебя, — резко ответил он, повторяя мои жесты. — И ты увидишь это, когда...

— Когда что, Хью? — закричала я, вся дрожа от злости. — Что тогда? — Когда ты снова станешь собой! — взревел он, теряя терпение. — Когда ты станешь собой, Лиз.

— Новости, ублюдок, это и есть я! — закричала я в ответ, разводя руки в стороны. — Это я, и тебе либо нравится, либо нет.

— Лиз, — голос Хью стал мягче, когда он подошел и положил руки мне на плечи. — Посмотри на меня.

— Нет, нет, нет, — выдохнула я, качая головой. — Даже не думай притворяться передо мной.

— Я не притворяюсь, — ответил он с почти болезненной нежностью, несмотря на мой крик, — и я не собираюсь тебя бросать. — Его руки нежно обняли мое лицо. — Просто посмотри на меня, детка. — Его большие пальцы ласково касались моих щек. — Хмм? — Он приблизился. — Вернись ко мне...

— Знает ли он, как много раз я был с тобой, малышка?

— Он никогда не узнает твоих первых раз, малышка...

— Все они принадлежат мне...

— Я сделаю так, чтобы Биггс понял, какой шлюхой была его маленькая подружка... — А потом я убью его...

Одна слеза скатилась по моей щеке, и я прижалась к его прикосновению. — Я не могу.

ОБЕДЕННЫЕ СВЯЗИ В БИБЛИОТЕКАХ

Хьюи

24 октября 2003 года

— Ты спрашивал Лизу Донован из шестого курса, хочет ли она быть твоей девушкой на выходных? — спросил Фели Джонни во время большого перерыва в пятницу.

Сегодня мы заканчиваем школу на Хэллоуинские каникулы, и вместо того чтобы радоваться своему предстоящему дню рождения и неделе выходных, я никогда не был так напряжён.

— Потому что она всем в школе рассказывает, что вы вместе. — Я, что, идиот? — выпалил Кав, выглядя оскорблённым самой мыслью. — Ты что, считаешь меня полным идиотом? — Он вытянул шею и прищурился, всматриваясь в зал для обеда. — Кто она вообще? Фели указал на девушку, о которой шла речь. — Блондинка с огромной попой.