— Он знает! — Она топает ногой, как капризный ребенок, а я протягиваю руку, чтобы похлопать ее по руке.

Вот только у меня не получается – она резко отстраняется. Отбрасывает распущенные волосы за плечо и покидает свое место. Ее подружки семенят следом, как утята.

Когда я убеждаюсь, что они ушли, наконец выдыхаю. Я поворачиваюсь обратно к полю, стараясь унять бешеное сердцебиение.

Практика.

Это была всего лишь практика.

Настоящее испытание ждет меня после матча, когда я окажусь лицом к лицу с родителями Торна.

Лидия наклоняется ко мне и кричит, перекрывая нарастающий гул трибун:

— Это было впечатляюще. Никогда не видела, чтобы ты проявляла такое самообладание. Ни на льду, ни за его пределами.

Я кричу в ответ, не отрывая взгляда от выхода на поле, откуда вот-вот появится команда Шэдоу Вэлли:

— У меня есть роль, и я должна ее сыграть.

К сожалению, это только начало.

Горло пересохло, будто наждачная бумага.

Точно как в те времена, когда я кричала своей команде на льду, чтобы они собрались и выиграли матч.

Шэдоу Вэлли на одно очко впереди команды из Уайлдера, и времени остается все меньше. Один из игроков Уайлдера получает травму, и я воспринимаю это как шанс сбегать в туалет, прежде чем спуститься на поле по пропуску, который дал мне Торн.

— Я скоро вернусь. Надо в туалет, — говорю я Лидии и Марли. — Если матч закончится до моего возвращения, увидимся позже.

Лидия сжимает мою руку:

— Удачи на ужине с мистером и миссис Чопорными.

Я смеюсь и разворачиваюсь, направляясь в противоположную сторону.

Из-за больной ноги мне требуется больше времени, чем другим. Торн разработал для меня целый комплекс упражнений, чтобы укрепить мышцы ног и снизить нагрузку на колено. Это работает, хоть бедро и ноет от постоянных тренировок.

Я проскальзываю в туалет. На удивление, очереди нет, так что я справляюсь за рекордно короткое время.

Я задерживаюсь, чтобы провести пальцами по волнистым волосам и нанести блеск для губ (нужно быть готовой к тотальному досмотру со стороны родителей Торна), а затем выхожу и прислоняюсь к ограждению рядом с охранником. Показываю ему свой пропуск, и он кивает, разрешая мне остаться у выхода на поле.

Я мгновенно нахожу номер тринадцать, и невозможно не заметить, как предательски ёкает сердце.

Он стоит у боковой линии, сосредоточенный, как никогда. Линия его скул становится резче, когда команда соперника зарабатывает первый даун16. Я кусаю губу, перевожу взгляд с поля на его напряженную позу.

Уайлдер выходит на позицию для удара, и трибуны болельщиков Шэдоу Вэлли вздыхают в унисон.

Мне даже не нужно смотреть на поле, чтобы понять, что гол забит, я вижу это по расстроенной позе Торна. Он с силой натягивает шлем.

— Торн! — кричу я.

Охранник качает головой. Наверняка думает, что я одна из фанаток, пытающихся привлечь внимание квотербека.

Но это не так.

Я его девушка.

Ну… фальшивая девушка.

Неважно.

Когда Торн замечает меня, он замирает. Раздражение сменяется удивлением, и я улыбаюсь.

— Помни о предматчевом ритуале, малыш. — Я подмигиваю.

Он пытается скрыть ухмылку, но не выдерживает – смеется и указывает на меня, подмигивая в ответ.

Щеки пылают. Я переминаюсь с ноги на ногу в новых ботинках и киваю в сторону поля.

Иди и выиграй этот матч.

Словно прочитав мои мысли, Торн кивает.

Но прежде чем развернуться, он бросает взгляд за мою спину, и его улыбка исчезает.

Мое сердце бешено колотится.

Не знаю, почему первое, о чем думаю – это поджигатель. Будто бы Торн вообще знает о нем. Но я все равно на взводе.

Я оглядываюсь через плечо.

А.

Родители.

Прежде чем подойти к ним, я посылаю Торну ободряющий кивок. Я справлюсь.

Ему ничего не остается, кроме как поверить мне. Он выбегает на поле с атакующей линией, а я молюсь, чтобы парень смог бросить тачдаун или хотя бы заработать еще три очка, чтобы вывести нас вперед до конца тайма.

Я мысленно готовлюсь к испытанию, которое сейчас предстоит пройти. Затем разворачиваюсь и натягиваю на лицо фальшивую улыбку.

Мистер и миссис Торн стоят в одиночестве. Не то чтобы я винила остальных за то, что те держатся на расстоянии. Когда Торн сказал, что они будут выглядеть неуместно, он не преувеличивал.

Его мать, Хелена, в длинной норковой шубе и на каблуках, которые неизбежно увязнут в газоне, а отец стоит в идеально отглаженном костюме, явно слишком дорогом для студенческого футбольного матча.

Я медленно подхожу к ним, готовясь к обороне.

— Здравствуйте, мистер и миссис Торн! Я Брайар, девушка Торна. — Фальшивая девушка.

Хелена изображает удивление, но ботокс делает это выражение едва различимым. Уверена, она прекрасно знала, кто я.

— О, привет!