Ее волосы собраны в высокий хвост, но несколько прядей выбились и обрамляют ее лицо. На лбу блестят капли пота, и пару волос прилипли к коже.

Брайар стоит у края стола для пивного понга, слегка высунув кончик языка от сосредоточенности, один глаз прищурен. Она бросает шарик и взрывается победным воплем, когда тот плюхается прямо в стакан.

Ревность бьет меня прямо в живот.

Почему она мне не сказала, что собирается на вечеринку?

У нас были планы, которые она отменила.

Я не придал этому большого значения, решил, что она просто потеряла счет времени. Последним, кем я хочу быть, – это назойливым парнем.

Но сейчас? Я хочу быть именно таким. Хочу прилипнуть к ней, как тень.

Хочу быть ее партнером по пивпонгу.

Хочу поцеловать ее снова. Подхватить, чтобы она обвила меня ногами. Прижать к стене и…

— Торн!

Я возвращаюсь в реальность как раз в тот момент, когда Брайар бросается на меня. Я ловлю ее – конечно, блядь, я ловлю ее – и инерция закручивает нас на месте. Ее руки обвивают мою шею, а грудь прижимается к моей. Мне едва удается не расплескать пиво в стакане, но какая разница? Я держу ее.

Одна моя рука лежит на ее пояснице, другая, с пластиковым стаканом, прижата к ее боку.

Ее глаза огромные, блестящие, зрачки расширены.

— Я чертовски рада тебя видеть. — Она хватает меня за щеки, притягивает к себе и накрывает мои губы небрежным, пьяным поцелуем.

Я хмурю брови, когда она отстраняется. Ее ладони слишком горячие на моей коже.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

— Теперь, когда ты здесь, – гораздо лучше, — ухмыляется она. — Поможешь мне выиграть? Кажется, я проигрываю.

Она отпускает мое лицо и цепляется за мое запястье, утаскивая к своему краю стола. На другом конце ее уже поджидает какой-то парень.

Перед нами остался всего один стакан, тогда как у него – четыре. Я кривлюсь, смачиваю шарик и быстрым движением отправляю его в полет.

Прямо в цель.

Парень напротив без возражений выпивает, затем бросает шарик. Тот попадает в последний стакан, даже не задев краев, и Брайар тянется за ним.

— Я сам, — говорю я, вылавливаю шарик и залпом выпиваю пиво. — Что теперь?

— Теперь… — Она прикусывает губу.

Я хочу сделать то же самое.

— Танцевать!

Я кривлю рот в усмешке, но иду за ней. Снова. Я очарован ею, но мне все равно. Мы находим часть дома, отведенную под танцплощадку, и Брайар расталкивает людей на пути. Она не хромает – а значит, завтра будет чувствовать последствия – и, кажется, совсем не против толпы, которая теснит ее со всех сторон.

Но я не стану отказываться от ощущения её тела, прижатого ко мне, поэтому пробиваюсь сквозь толпу вслед за ней и обхватываю ее за талию. Я притягиваю ее к себе, и мы двигаемся в такт музыке. Брайар придвигается все ближе, пока мое колено не оказывается между ее ног, и тогда она начинает тереться о меня.

Ее голова запрокидывается назад, и она тихо стонет.

— Что ты приняла? — шепчу я ей в ухо и слегка прикусываю мочку.

— Ох, черт... — Она наклоняется вбок, давая мне больше доступа. — Всего лишь чуть-чуть...

— Чуть-чуть чего?

— Ты чувствуешь это? — Она проводит ладонями вниз по своему телу, пальцы скользят под пояс джинсов. — Между нами есть химия, Кассиус.

Я хватаю её за руку и резко поворачиваю к себе. Её задница прижимается к моему паху. Член оживает, упираясь в нее сквозь джинсы. Брайар крутит бедрами и опирается на меня всем весом.

— Кажется, нам нужно найти комнату, — тяжело дышит она. — Прямо сейчас.

— Но я еще не закончил с тобой. — Мои губы скользят по ее челюсти, спускаются к шее. — Я думал, ты хотела танцевать.

— Я…

Я впиваюсь в ее кожу. Целую. Сосу. Кусаю.

Она стонет.

— Что ты приняла, котенок? — снова спрашиваю я.

— В очереди в туалет девушки принимали «икс», — её взгляд сталкивается с моим. — Если честно, я не знала, что это, пока не проглотила.

«Икс»… то есть экстази.

Экстази.

Так вот, блядь, в чем дело.

— Ты взяла неизвестный наркотик у незнакомого человека, даже не задав пары вопросов?

Она хихикает.

— Прости.

Господи.

Я поддерживаю ее, когда она слишком сильно покачивается.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, прижимаясь губами к её уху. Чтобы перекричать музыку, разумеется.

— Просто голова немного кружится. — Она быстро моргает. — Всё нормально. Я в порядке.

Её колени подкашиваются, но в отличие от прошлого раза, когда Брайар упала при мне, я не на другом конце комнаты. Я подхватываю ее на руки, прежде чем она успевает коснуться пола. Она снова смеется и обвивает руками мою шею.

— Мой спаситель.

Жар разливается по моей шее, но я всё равно улыбаюсь ей сверху вниз. На нас обращают немало внимания, пока я несу Брайар с вечеринки. Я усаживаю ее в машину – слава богу, я выпил не больше той четверти стакана теплого пива во время игры – и сажусь за руль.

Ее руки тут же тянутся ко мне.