В хижине было пусто и тихо. Я в последний раз оглядела комнату, радуясь, что он ушел.

Мы попрощались. А без него у меня не было соблазна остаться.

Поэтому я накинула капюшон плаща, прикрыв волосы, и повесила сумку на плечо. Затем, прежде чем у меня сдали нервы, я вышла за дверь.

— До встречи в Куэнтисе.

Узкая тропинка, ведущая от хижины, пересекалась с дорогой. За те несколько дней, что я провела с Андреасом в безопасности в его хижине, я забыла о том, как опасно ходить по лесу в одиночестве. Никогда я не чувствовала себя более незащищенной.

Каждые несколько шагов я дотрагивалась до ножа, пристегнутого к бедру.

Искушение повернуть назад делало каждый шаг тяжелым и медленным, но я продолжала переставлять ноги, следя за солнцем, описывающим широкую дугу над верхушками деревьев.

Я уже скучала по Андреасу. Скучала по его спокойной уверенности и непоколебимой силе. Скучала по его мягким улыбкам и звучному голосу. И я уже скучала по его хижине, почти так же сильно, как по Шоу.

Было странно тосковать по человеку, которого я знала меньше месяца.

Но Андреаса было нелегко забыть. На самом деле я не планировала пытаться.

Эта прогулка дала мне достаточно времени, чтобы подумать о том, как я проводила время в его хижине. О моей тете. Об этом затруднительном положении. О том, куда я направляюсь.

Тура.

Путешествие обещало быть долгим.

В воздухе было так сыро, что моя кожа стала липкой, поэтому я сняла плащ и повязала его вокруг талии. Затем я завязала волосы в узел на макушке, чтобы локоны не падали на лицо.

Дорога была узкой, всего две колеи прорезали лес, а между ними виднелась поросшая мхом полоска зелени. Время от времени я переступала через отпечатки лошадиных копыт в грязи, но не было никаких признаков присутствия других людей.

Птицы щебетали, перелетая с ветки на ветку. Чуть раньше я заметила бурундука, который перебирался через поваленное бревно. Через каждые несколько шагов я осматривала лес в поисках каких-либо признаков хищников или опасности.

Была ли это та же дорога, по которой шли мы с Зендрой? Найду ли я отпечатки ее лап на земле? Наткнусь ли я на свой потерянный рюкзак?

Я похлопала себя по карману, нащупывая кольца Эмери. По крайней мере, их я не потеряла.

Сколько они будут стоить в Каландре? Если я найму корабль, который отвезет меня домой, смогу ли я найти дорогу в Нелфинекс? Мне следовало уделять больше внимания картам Кэпа на борту «Сиррины».

Если бы только я могла перевоплотиться. Полет над этим континентом в облике стрижа значительно облегчил бы мою задачу. Но с каждым заходом солнца, когда зов ритуала не возвращался, я теряла еще один лучик надежды.

Возможно, я оказалась в ловушке на Каландре. Возможно, было бы не так уж плохо остаться в Куэнтисе с Андреасом.

Низкое рычание вырвало меня из моих мыслей, и я замедлилась, оглядывая окрестности слева направо, справа налево в поисках источника шума.

Не будь бэарвульфом. Пожалуйста, не будь бэарвульфом.

Я повернулась кругом, мой пульс участился, когда из-за деревьев донеслось очередное рычание.

Когда я снова посмотрела вперед, на дороге стоял фенек, его клыки сверкали белизной.

— О, слава Божеству. — Я выдохнула и прижала руку к своему колотящемуся сердцу. Затем опустилась на колено и протянула зверю руку ладонью вверх. — Привет, питомец.

Фенек зарычал и сделал шаг вперед.

— Иди сюда, — проворковала я, ожидая, пока он сделает еще один шаг.

Коричневая шерсть на его шее задрожала, когда он снова зарычал. Он оскалил зубы, опустив голову и плечи еще ниже, как будто собирался наброситься. Его уши были плотно прижаты к голове.

— Полегче, — пробормотала я. — Я не причиню тебе вреда.

Фенек огрызался и рычал, подбираясь все ближе и ближе.

Волоски на моих руках встали дыбом, когда я посмотрела в его мятно-зеленые глаза.

Фенеки в Нелфинексе были милыми, нежными созданиями и нашими самыми любимыми домашними животными. Вот только это животное, похоже, не было заинтересовано в том, чтобы кто-то почесал его за мохнатыми ушами. Все, что я увидела, — это голод хищника и первобытную ярость.

Холодок пробежал у меня по спине, когда я медленно поднялась на ноги.

— Клянусь Божеством, я не причиню тебе вреда.

Фенек открыл пасть, и его клыки были готовы вонзиться в мою плоть.

Нет. Этого не могло случиться. Представители рода Старлингов умели успокаивать зверей этого мира. Мы могли приручать их и ездить верхом. Однажды учительница сказала мне, что я умею обращаться с животными, так как она никогда раньше не видела.

Я не собиралась убегать от этого существа. Поэтому я выдержала пристальный взгляд фенека, отказываясь съеживаться, когда он зарычал.

— Тебе меня не напугать, дружок.