Моз кивнул Торе и исчез в ночи, чтобы привести свою лошадь.

— Он мертв? — спросил мужчина с гладкой коричневой кожей. — Страж убил разведчика?

— Я не знаю, — прошептала я.

Все, что я могла видеть, это как крукс улетает в ночь с Рэнсомом в когтях.

— Почему мы ничего об этом не слышали? — Джоди сжал челюсти. — Людей нужно предупредить. Гребаные туранцы и их гребаные секреты.

Я бросила на него сердитый взгляд. Возможно, Джоди был прав насчет туранцев и их секретов. Но я не могла поверить, что король Рэмзи не послал весточку в другие королевства. Мне не особенно нравился отец Рэнсома, но, по крайней мере, он готовил свой народ к миграции.

Другие обратили бы внимание, что туранцы готовятся.

— Туранцы намеренно не держат разведчика в секрете. Это произошло в очень уединенной части королевства. И этот монстр убил больше людей, чем оставил в живых. Распространение новостей не происходит в одночасье.

— Что ж, слава Богине Дарье, нам посчастливилось спасти твою задницу сегодня, — невозмутимо произнес Джоди.

Мне действительно не нравился этот человек.

Да, туранцы хранили много секретов. Да, это приводило в бешенство. Джоди не ошибся. Не то чтобы я когда-нибудь признаю это. И, возможно, Рэмзи действовал не так быстро, как поступил бы другой король на его месте, но я отказывалась верить, что Рэнсом держал разведчика в секрете.

Единственной причиной, по которой он не прислал бы весточку, была причина, которую я не рассматривала — его не было в живых, чтобы передать сообщение.

Он жив.

— Ты уверена, что был только один разведчик? — спросил Джоди.

— Да, уверена. — Пока я жива, я никогда не забуду пронзительный крик чудовища.

— Должны быть и другие, — сказал он, обращаясь к Мавинам. — Разведчиков всегда больше, чем один. Туранцы могут молчать, но другие королевства — нет.

— Согласен, — сказал другой мужчина. — И Салем бы сообщил об этом. Кроме того, миграция должна начаться не раньше следующей весны.

Я не знала имени Салем, но заметила недоверие на лицах Мавинов. У меня упало сердце.

— Вы мне не верите.

Джоди пожал плечами.

— Не особо.

Мудак.

Я фыркнула и вскочила на ноги.

— Зачем мне лгать об этом?

— Чтобы попытаться обвинить нас в том, что мы не собираемся сопровождать женщину и ребенка в Куэнтис, поскольку они не могут заплатить.

Я открыла рот. Закрыла его. Вау.

— Ты думаешь, я манипулирую тобой?

— Не принимай это близко к сердцу, — сказал он. — Я давным-давно научился не доверять красивой женщине, которая хлопает ресницами и умоляет о помощи.

Я не хлопала ресницами.

Не говоря ни слова, я отошла от костра, более чем готовая вернуться к Эви и побеспокоить ее. Я могла видеть ее с того места, где сидела, но мне все равно не хотелось оставлять ее одну.

— Остановись. — Приказ Торы сорвал мой план.

Я скрестила руки на груди и повернулась, одарив ее своим лучшим взглядом.

Она приподняла бровь.

Это не могла быть воительница, которую Скор хотел, чтобы я нашла. Только не эту женщину. Должен был быть кто-то другой. Кто-то, кто поможет мне обезопасить Эви.

У нас оставалось мало времени. Они все могли притворяться, что миграции не было, но я знала правду.

Тора отложила топор и точильный камень в сторону, затем встала, обошла костер и вышла за пределы круга. Она подошла ко мне и остановилась на расстоянии вытянутой руки.

— Кто ты?

Принцесса Куэнтиса.

Дочь Золотого короля.

Спэрроу.

Ни один из этих ответов не казался правильным.

Я была королевой Рэнсома.

— Одесса Вульф.

Она уставилась на меня, изучая мои глаза.

— Хорошо, Одесса Вульф. Мы отведем вас в Куэнтис.

Воздух вырвался из моих легких.

— Спасибо.

— Поблагодаришь меня тысячью зиллов. — Она оглянулась через плечо на мужчин. — Мы уезжаем на рассвете.

И вот так я буду путешествовать с Мавинами.

Девятнадцать

Каспия

Пусть Дарья дарует тебе удачу в твоем путешествии. Останься в живых, Каспия.

До встречи,

Андреас

Записка, написанная аккуратным почерком Андреаса, лежала на столе рядом с кожаной сумкой. Внутри лежали буханка хлеба, упаковка сушеного мяса, горсть хурмы и мешочек с золотыми монетами.

Я не была уверена, как много это было в Каландре, но, вероятно, это было больше, чем он мог позволить себе отдать.

Рядом с сумкой лежала новая карта, линии на которой были чище и четче, чем на той, которую он изначально нарисовал для меня. Он отметил поселки и реки, а также места, которых следует избегать, например, болота в Озарте и обширную пустыню в Лейне.

Должно быть, он нарисовал ее при луне, после того как я перестала ждать его возвращения и уснула. Затем он прокрался обратно в хижину и оставил все это, чтобы я нашла до рассвета.