У нее постоянно были чувства по любому поводу, и она удобно забывала все случаи, когда они ничего не значили.

Впереди Курцлебиг замедлил шаг и остановился, пытаясь высвободить топор, висевший у него за спиной.

Мы на месте?

Найвер выхватил отцовский меч. С тех пор как король Хорик вручил его ему в руки и рассказал о том, как его отец погиб, убивая мерзких ублюдков гегнера, он жил ради этого момента. На протяжении четырех поколений этот меч снова и снова закалялся в крови гегнеров.

Сегодня будет день Найвера. Он заставит своего отца гордиться им и покажет Листиг, что он настоящий мужчина, готовый оставить безумства молодости позади. У них будут дети, и когда-нибудь король Хорик или, может быть, Вут, его старшая дочь — вручит этот меч первенцу Найвера.

Найвер придвинулся ближе к своему другу и прошипел:

— Почему мы остановились?

Наконец сняв с плеча топор, Курцлебиг ответил:

— Не знаю.

За спиной Курцлебига смутный силуэт помахал им рукой, призывая не высовываться. Найвер узнал грубоватую фигуру Альтерера, седого воина, который убил больше людей, чем Найвер когда-либо встречал.

— Город находится на вершине того холма, — сказал им Альтерер, указывая своим топором.

Найвер прищурился в темноту. Какой холм?

Он понятия не имел, откуда его приятель узнал, где они находятся.

Если бы они поднялись на вершину этого холма и оказались дома, он бы не удивился. Через полчаса первого дня каждое дерево и долина выглядели одинаково. Они легко могли бы блуждать бессмысленными кругами, и он бы ничего не узнал. Поздно вечером второго дня, после того как они удалились в свою палатку, чтобы укрыться от холода, он спросил Курцлебига, не считает ли он это шуткой, которую воины сыграли с двумя бескровными юношами.

— Если это так, — прорычал его друг, — я обагрю их кровью свой топор вместо проклятого Гегнера.

— Шляйхен провела разведку впереди, — поделился Альтерер. — Она говорит, что там нет сторожевых вышек, и в городе тихо.

— Никакой охраны? — Спросил Курцлебиг. — Совсем никакой?

Альтерер зарычал:

— Разве я тебе только что не это сказал, черт возьми?

— Но...

Старик сделал рубящий жест свободной рукой, и Курцлебиг захлопнул ему рот.

От его дыхания шел пар, Альтерер уставился на двух молодых людей, заметив их обнаженное оружие резким кивком.

— Держись позади меня. Когда я бегу, бегите и вы. Хорошая драка — прекрасная вещь, но убивать врага, не подвергая себя опасности, — это... — Он сплюнул в снег. — Красивее.

Найвер хотел поправить мужчину, но передумал. Черная фигура в ночи, старый воин все еще каким-то образом умудрялся выглядеть испуганным.

Мне это кажется.

— Убить их, пока они спят? — Выпалил Курцлебиг.

— Если ты хочешь будить их по одному, а потом ждать, пока они наденут доспехи и разминутся, вперед, ты, гноящаяся зобная промежность. Но они напали на нас, и Повелитель Возмездия требует почестей.

— Убей одного, — пробормотал Найвер, вспоминая то, что сказал ему отец, — и ты чистокровный воин. Убей пятерых, и ты будешь вечно обедать в Высоком Зале Раче.

— Чертовски верно, — пророкотал Альтерер. Перекинув топор через плечо, он хлопнул Курцлебига, а затем Найвера по плечу, чуть не сбив их с ног. — Держитесь за мной, и мы выпьем по кружечке, когда вернемся домой.

Повернувшись, он уставился в темноту и пробормотал что-то о своих коленях.

Альтерер двинулся в путь, сначала медленно, и Найвер последовал за ним в сопровождении своего друга.

Курцлебиг ткнул его в ребра и прошептал:

— Мы выпьем с кровожадными!

Найвер вспомнил, как сидел за столом детей и наблюдал, как его отец поднимал кубки вместе с другими воинами. Его отец убил по меньшей мере пятерых и теперь ужинал рядом с Раче.

Позже, будучи подростком, Найвер сидел с другими бескровными, мечтая о том дне, когда он заслужит там свое место.

Альтерер зашагал быстрее, а затем перешел на бег трусцой.

— Похоже, он умрет прежде, чем мы доберемся до вершины холма, — пошутил Курцлебиг.

Холм становился круче, и вскоре все трое дышали слишком тяжело, чтобы разговаривать.

Что-то пролетело мимо ушей Найвера, сердитое тс-с-с!

— Что это сейчас было?!

— Беги! — Альтерер бросился прочь в ночь, Найвер и Курцлебиг последовали за ним.

Он быстрее, чем я думал!

Где-то кто-то испуганно закричал от боли.

Крепче сжимая меч, Найвер побежал быстрее. Впереди в снегу показалась темная фигура, и он перелетел через нее.

Это был Альтерер? Что-то ударило его в живот, выбив воздух из легких, и он упал, кувыркаясь.

Тяжесть.

Найвер моргнул, увидев падающий прямо на него снег. Значит я лежу на спине?

Я споткнулся?

— Я в заднице!

Узнав голос Курцлебига, Найвер повернул голову. Его друг лежал в снегу в шаге от него, из его груди торчали две стрелы. Меч его отца лежал в снегу между ними.