Тетя Валя хмурит брови, и начинает медленно поднимать свою грузную тушу из-за стола. В детстве мы всегда удивлялись, как она умещает свой зад на таком маленьком ученическом стуле. Ей нужно, как минимум, три таких. Сейчас, видя встающую тетю Валю, меня, почему-то снова посещает эта мысль.

– Уж, не про главную ли прокуроршу ты говоришь?

У меня пропадает дар речи. Моя мама – прокурор области? Да не может этого быть!

– Вы, наверное, что-то путаете, теть Валь. Она учительницей работала, когда я видела ее в последний раз. Хотя, с тех пор, видимо, много воды утекло.

– Да уж, видимо, не мало… – Тянет задумчиво старушка. – Только это ты путаешь. Не работала Нина Васильевна никогда в школе. Всю жизнь в прокуратуре просидела. Дослужилась вот до главного. Жесткая женщина. Прям стержень у нее внутри.

Это известие меня, честно говоря, шокирует. Стержень у мамы, конечно, есть. Это несомненно. И строгая она, в меру. Но вот про жесткость, это перебор. Мама очень мягкая, добрая, очень любит детей. Прокуратура – это вообще не ее. Я собираюсь было уже развернуться и выйти из школы, но потом решаю еще кое о чем спросить у разговорчивой старушки. Уж она-то, наверняка, владеет достоверной информацией.

– Скажите, теть Валь, а вы дочерей ее не знали, Асю или Олесю? Где они сейчас.

Тетя Валя всплескивает руками.

– Да нет у нее никаких дочерей. И мужа нет. Одна она. Живет только работой. Ты с чего взяла-то, про дочерей?

– Я, наверное, действительно что-то напутала. Видимо, я ищу другую Нину Васильевну Воронцову. Ту, у которой две дочери. В любом случае, спасибо вам, тетя Валя.

Я нагибаюсь и обнимаю старушку, отчего у той на глазах выступают слезы. Попрощавшись, я выхожу из школы и бреду в сторону дома. В своем дворе я сажусь на скамейку и начинаю плакать. Что я наделала? Я представляю маму, которая всю жизнь прожила одна. Интересно, папа-то куда делся? Мне нужно ее найти. Сделать это будет не сложно. Сложнее будет поговорить с ней. Попасть на прием к учительнице начальных классов мне виделось гораздо более простым, чем к областному прокурору.

ГЛАВА 11

Я тоскливо смотрю на окна своей квартиры. Кухонное окно, как раз выходит во двор. На окне висят чужие безвкусные занавески. Жанна, видимо, выбирала. Минут сорок назад чета Лисицыных покинула квартиру. Наверное, уехали на работу.

Я роюсь в своей сумке в поисках носовых платков. Тушь снова размазалась по щекам, что в последние сутки стало уже традицией, которая мне совсем не нравилась. Платков, как назло, не оказалось, зато я натыкаюсь на связку ключей. Мой взгляд приковывает к себе длинный ключ от металлической двери. В моем мире этот ключ отпирал мою квартиру. Дверь ставил Игорь, поэтому велика вероятность, что и в этом мире этот золотой ключик подойдет. Я решаю проверить. И совесть меня совсем не мучает. В конце концов, я жертва обстоятельств. Красть я ничего не собираюсь. Хочу просто помыться, привести себя в порядок, в туалет сходить. Ну и съесть бы чего-нибудь не помешает.

Даже, как следует, не обдумав возникшую идею, я срываюсь с лавочки и бегу к подъезду, сжимая в руках связку ключей. Домофонный магнитный ключ подходит. Тяжелая металлическая дверь пищит и с противным скрипом открывается. Я бегу на четвертый этаж. Вот она, дверь в мою квартиру. Та же самая дверь, что и в моей реальности. Оглядываюсь по сторонам, не хотелось бы столкнуться сейчас с соседями - я вроде как вламываюсь в чужое жилье. Никого. В нашем подъезде, как ни странно, практически нет старушек. В основном живут молодые семьи с детьми или без них. Сегодня вторник, все на работе.

Я дрожащими руками вставляю ключ в скважину замка, делаю два оборота, щелчок, дверь открывается. Осторожно, с замиранием сердца поворачиваю ручку, открываю дверь и вхожу в свою квартиру. Тут же меня охватывает дикое разочарование. Это не моя квартира. Это чужая квартира. Все в ней говорит о том, что здесь другая хозяйка – чужие обои, чужая мебель, чужие запахи. Несколько минут стою в прихожей, осматриваюсь, прислушиваюсь. В квартире никого.

Меня вдруг посетищает мысль: а вдруг здесь кто-то бы был? Чем я вообще думала? Да уж, взломщик из меня никудышный! Надо было сначала хоть в домофон что ли позвонить, проверить, прежде чем со своими ключами лезть. Но дело уже сделано. Что толку сейчас себя ругать? Просто надо быть в следующий раз осторожнее. И так неприятностей хватает.

Я снимаю туфли, чтоб не наследить и беру их, на всякий случай, с собой, вдруг придется убегать, если хозяева вернутся. Осматриваю квартиру. В ней все по-другому. На месте детской комнаты Жанны устроила себе гардеробную. Прямо как у голливудской кинодивы! Полочки с обувью, вешалки с одеждой, огромное зеркало во весь рост.